У каждого человека есть роль.

Иногда ты принимаешь её на себя сам — даже если твой голос никому не слышен и никто не узнает, что ты вообще пытался что-то сделать.

— ММФ! МФ-Ф-Ф!

Поэтому я сопротивлялся.

Меня связывали нити Ли Хаюль — самый прочный волокнистый материал, существующий на Земле.

Сколько бы я ни извивался, доказывая, что в человеческой генетике определённо спрятана ДНК дождевого червя, порвать их обычной силой было невозможно.

Но если применить ауру…

— Тс-с.

Но Доха, сидевшая рядом, наклонилась к уху.

— Сидите тихо, доктор.

— Ммф?

— Вы же не собираетесь ради права высказаться на этом цирке отбросить важную цель — запечатывание Левиафана — и воспользоваться аурой?

— …

— Ху-ху. Шучу. Я лучше всех знаю, что доктор не настолько пошлый человек.

О небеса.

— Мину-у-уточку!

БУМ.

Кто-то вскочил.

Белая матросская форма взметнулась.

Это была Чхон Ёхва (千謠話), которая всего час назад привела в Пусан несколько сотен учениц Пэкхва и фактически провела десантную операцию.

Красные глаза горели.

Она выглядела человеком, который уже по дороге утопил одного противника, увидел акцию «1+1» и решил прихватить второго.

— Мне прежде всего не нравится рассадка. Почему этот человек сидит рядом с учителем так, будто это само собой разумеется?

— Президент Чхон… Вы серьёзно хотите начать войну из-за места?

— А показать?

— Поняла. Серьёзно. Суд немедленно постановляет освободить оба места рядом с подсудимым Гробовщиком.

БАМ-БАМ.

О Токсо ударила молоточком.

— Хм.

Но Доха улыбнулась глазами, демонстративно выразила сожаление и пересела на одно место дальше.

Чхон Ёхва всё ещё кипела, но хотя бы замолчала.

Впрочем, закрытый рот почти ничего не менял: вокруг неё буквально материализовались понятия «жажда убийства» и «убийственное намерение».

— Спасибо за наведение порядка. Теперь, как мы заранее согласовали, первой выступит Святая.

Святая напротив встала и слегка поклонилась.

К слову, только вчера Тан Сорин проглотила «красную таблетку»: Созвездий на самом деле не существует, это всё роли Святой.

Бонусом узнала, что Гробовщик — регрессор.

После такого двойного удара неудивительно, что снова потеряла сознание.

— Уважаемая председательница. Уважаемые присяжные. Прежде всего я должна напомнить: действия Но Доха разрушили договор, который очень долго существовал между нами.

Что?

Какой договор?

— Верно!

Я не понимал ни слова.

Зато по залу мгновенно пошла волна согласия.

Чхон Ёхва вообще повязала на голову красную ленту и выглядела готовой выходить на демонстрацию.

Почти все кивали.

— Председательница. По поводу тайного договора прошу вызвать свидетеля, у которого хранится документ.

— Ходатайство принято.

Похоже, единственным человеком, не знавшим о существовании этого «договора», был я.

О Токсо достала предмет, который я узнал сразу.

— Ммф?

«Ноутбук?»

Да.

Ноутбук Оператора Вселенской Игры.

Она включила его привычным движением.

[ХАХАХАХАХАХАХАХА]

Белая аристократка на рабочем столе явно уже наблюдала всё через камеру и забила весь экран смехом.

[Я-ТАК-И-ЗНАЛА] [если я капитулировавший бог только ради этого момента ставь лайк хахаха] [с меня первый лайк хахахаха] [всё это спроектировала истинный кукловод THE FAKER ЧХОН.Ё.ХВА.] [ПОКЛОНЯЮСЬ GOAT.]

[ЧЁ ПЯЛИШЬСЯ?] [Я ЕЩЁ НЕ ДОСМЕЯЛАСЬ.]

[ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА]

Вот же… Вот это проклятое существо.

— Свидетель. Это суд. Реплики, не относящиеся к делу, излишни. Прошу воздержаться.

[Ох. Что вы говорите, ваша безмерно почтенная, величайшая, своим существованием превосходящая вселенную госпожа председательница.]

— Хорошо. Вижу, дрессировка недостаточна. В следующий раз загружу вам для обучения только пародии на «Троецарствие» с рейтингом ниже двух звёзд.

[Простите за дерзость.]

Ты тайком занималась такой дрессировкой, Токсо?

— Все здесь заняты. Свидетельствуйте.

[Да-а.]

Белая барышня прикрыла рот веером.

Из динамиков зазвучал дешёвый голос.

[Этот «тайный договор» был составлен в 925-м цикле.]

925-й?

Тот самый, где Оператор полностью капитулировала передо мной.

И где Невидимый Дракон бесился в пустыне Тэгу.

[Подобные негласные договорённости существовали и раньше.]

[Но после моей капитуляции я стала «безопасной» и смогла официально хранить документ между циклами.]

О Токсо кивнула.

— Чётко объясните содержание.

[Разумеется.]

[До тех пор, пока угроза «конца света» не будет полностью устранена, никто из участников договора не должен активно переводить отношения с регрессором Гробовщиком в серьёзную романтическую форму.]

?

[Точнее: пока сам Гробовщик сознательно не решит всерьёз реализовать романтические отношения, никто не должен на него давить.]

[Первой такой договор предложила профессиональная серийная бросательница…]

— Троецарствие.

[…то есть великая писательница О Токсо, обладающая безупречным литературным талантом и чувством.]

???

[В то время великая писательница опасалась одного: партия регрессора великолепна, но если человеческие отношения треснут, всё может слишком легко разрушиться.]

[И тогда…]

* * *

— Йоу, май гот. What's up?

[Как поразительно вы остались собой, моя дорогая жрица.]

— Вы теперь официально капитулировали дядьке и сможете переносить документы в следующий цикл? Как ковчег, не подчиняющийся регрессии.

[С ограничениями — да. В целом верно. И?]

— Тогда можно тайком переносить ещё какой-нибудь текст? Не только биографию дядьки?

[Можно. Но документ не должен причинять Гробовщику вреда. Это было условием капитуляции.]

— Не проблема.

[?]

— Потому что этот текст ему как раз поможет.

[??]

— Значит, Святая-нуна, моё предложение такое: мы составим договор между собой и будем переносить его следующим версиям себя.

— …

— Дядька и так постоянно занят. Он просто не показывает, но ему и десяти тел мало. Если сверху навалить вопрос, где эмоциями невозможно быстро найти правильный ответ… Да я бы на его месте просто бросила всё.

— Поэтому желание развить с Гробовщиком более глубокие отношения откладывается до момента, когда угроза конца света полностью устранена?

— Да!

— Думаю, хорошая идея.

— Я знала, что Святая-нуна согласится! Больше всего я переживаю за президента Чхон. Поможете её убедить?

* * *

— Все собрались?!

— …

— …

— Надеюсь, договор прочитан. Тогда зачитываю.

О Токсо стояла перед семью людьми.

— Святая, Но Доха, Чхон Ёхва, Сим Арён, Ю Чивон, Ли Хаюль и О Токсо — всего семь человек — клянутся стать наблюдателями договора. Никто не будет сознательно углублять отношения с Гробовщиком до серьёзной романтической формы. Если кто-то намеренно нарушит договор, остальные активно вмешаются и остановят. Эм? Хаюль?

[Почему нет Сорин-онни?]

— Потому что Тан Сорин не входит в Альянс регрессора. Даже если заключить договор сейчас, в 925-м, следующая Сорин в 926-м о нём не узнает. Ей и без того тяжелее всех — она не переносит память между циклами. Навязывать ещё и такое нечестно.

[Поняла.]

— Хорошо. Тогда продолжаю. Даже те, кто, как я, не испытывает к дядьке романтических чувств, обязуются следить за подписантами и поддерживать договор… Арён-нуна, зачем рука?

— Эм… А если Тан Сорин сама первая начнёт приставать к гильдмастеру… и гильдмастер согласится? Что тогда?

— Хм. Я очень подробно просмотрела прошлые циклы — такого не было.

— Э-это прошлое. Я про будущее. Может, вопрос слишком сложный и вы просто не понимаете…

— Блядь. Ладно. Фу-у. В этом есть смысл. Если такое произойдёт — немедленно собираемся и отдельно решаем. Хорошо?

— М-м… Да.

— И главное! Ни слова дядьке! Никогда!

— Почему?

— Я шипперю Но Доха × Гробовщик. Если он узнает, что мы тайно это обсуждаем, с него станется просто взять и начать встречаться с Тан Сорин, чтобы закрыть тему.

— …

— …

— Не смотрите так! Мои личные предпочтения не важны. Главное — договор полезен дядьке. Разве нет? Я тут вообще-то помогаю вам! Даю надежду — пусть не сегодня, пусть когда-нибудь — а вы ещё неблагодарные! Вы всё равно не собираетесь терпеть гарем!

— М-мусор…

— Хорошо. Тогда договор не нужен. Пусть дядька заводит отношения и в следующем цикле полностью теряет любовь. Полный пакет.

— …

— Любите трагедии? Я не против. Пусть вообще детей заведёт. Что мешает? Давайте порядок установим. Президент Чхон — вы встречаетесь следующей.

— …

— После неё Ю Чивон. Потом Святая. И так дальше. Одна любовь — одна трагедия. Бесконечная череда провалов. Это же шедевр.

— …

— Регрессор, который повторяет жизнь, лишь бы снова прожить миг с любимой. О, это же Шопенгауэр! Получается, он был прав? Дядька зря мучился девятьсот циклов — финальный ответ всё равно «Шопенгауэр был прав»? Да? Сим Арён? Эй! Сим Арён!

— Я неправильно сказала.

— Отлично. Подписывайте. Мне всё равно, северная вы императрица или королева Седжона. Я хочу увидеть конец этой истории. Реальность и так достаточно трагична — не надо превращать сюжет в дешёвый hurt/comfort с вечным страданием.

— …

— И вообще можете не подписывать. Просто помните: следующая я всё равно получит эту информацию.

О Токсо выдохнула.

— Поэтому… Пожалуйста. Онни. Хаюль. Даже если иногда друг друга ненавидим, не будем ранить друг друга за спиной. Пожалуйста.

* * *

В конференц-зале стало тихо.

— …

— …

У каждого человека есть роль.

Иногда ты принимаешь её сам, даже если твой голос никому не слышен.

О Токсо тоже однажды приняла свою.

— Мы все в какой-то степени больны ядом Пустоты.

Она сидела за судейским столом, подпирая подбородок.

Выглядела усталой.

Но глаза оставались острыми.

— Мы это знаем. Понимаем, что где-то внутри каждого есть область, которая не совсем нормальна. Поэтому я понимаю: если чувство возникнет, его захочется присвоить. Захочется единолично обладать человеком. Иногда сила этого желания будет настолько нечеловеческой, что проще отдать ему всего себя.

— …

— Но вы уверены?

Пальцы О Токсо легли на ноутбук.

— Почти все в этой комнате — жрицы. Вы уверены, что чувство, которое сейчас считаете своим, действительно целиком ваше? Что там нет влияния Пустоты?

— …

— Давайте просто немного отложим.

ТУК.

Она закрыла ноутбук.

— С нашей точки зрения максимум двадцать лет. Дядька ждёт десятки тысяч. Я плохо понимаю любовь, но знаю хотя бы одно: это обещание идти по одной временной линии.

— …

— Когда в мире наконец не останется проклятой Пустоты. Когда человек сможет нормально смотреть на человека. Тогда продолжим послесловие.

Взгляд О Токсо прошёл по залу и остановился на мне.

Она пожала плечами.

— Прости, дядька. Хотела бы не показывать тебе это.

— …

— Нет. Так звучит трусливо. На самом деле показала специально. Ты и так примерно понимал, но я хотела сильнее встряхнуть.

Нити на моём рту ослабли.

Я наконец смог говорить.

— Я был слишком наивен?

— Скорее слишком веришь людям. Это одна из лучших твоих черт и одновременно одна из худших.

О Токсо вздохнула.

— Для тебя двадцать лет — миг. А обычному человеку сказать «двадцать лет не выражай ничего, просто жди» — довольно хороший способ сгноить сердце.

— …

— Мы не хотели добавлять тебе ещё одну ношу. Но прятать это как секрет, наверное, ещё более неуважительно. Поэтому устроили шоковую терапию.

Она почесала щёку.

— Пока дядька сам вообще не думает об отношениях, все неожиданно нормально живут. Работают. Занимаются своими делами. Но если Тан Сорин…

Все посмотрели на Тан Сорин.

Она сидела с приоткрытым ртом и слушала.

— …начинает резко сокращать дистанцию, домино падает. Некоторые перестают контролировать собственное сердце.

— …

— Но мир ещё не спасён. Требовать от дядьки прямо сейчас выбрать одного человека и нормально любить только его — тоже жестоко. И неловко.

О Токсо чуть помолчала.

— Поэтому… Прости. Это и было моей настоящей целью.

Она посмотрела прямо на меня.

В глазах была непонятная печаль.

— Можно Тан Сорин вступить в Альянс регрессора и идти с нами?

Я замер.

— И ещё.

Голос стал тише.

— Дядька. Давай уже отпустим завещание Тан Сорин из десятого цикла, которое ты столько лет носишь в сердце.

***

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta

Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta