Но Доха пока вовсю наслаждалась образом жизни из ранобэ, который можно описать примерно так: «Я была обычной чиновницей седьмого ранга в реабилитационной больнице, но после конца света стала [Правительницей Пусана], [Хозяйкой Дорожного корпуса], [Фактическим лидером полуострова] и даже [Мэром Нью-Йорка]?! ~Почему-то человек, похожий на спасителя мира, постоянно ко мне цепляется. Что происходит?~» Оставим её ненадолго и начнём настоящую защитную миссию.

— Рад видеть, бойцы. Сразу к делу. Когда с севера придёт метель, некоторое время продержится зима примерно в минус сто двадцать градусов.

Я постучал указкой по доске с картой Синыйджу. Передо мной стояло около тридцати бойцов Дорожного корпуса.

— Сколько продлится зима — неизвестно. Она может закончиться за день, а может тянуться весь год. В худшем случае связь с внешним миром, кроме SG.net, исчезнет полностью, и придётся переживать суровый период самостоятельно.

— …

— Для операции отобраны элитные бойцы с большим запасом ауры. Считайте себя живыми печами: по очереди будете поддерживать тепло в укрытии, так что экономьте топливо.

По строю прошёл лёгкий смех. Обстановка была тяжёлая, но если задача действительно сводилась только к тому, чтобы перетерпеть холод, для Пустоты это не самый сложный сценарий. Проблема заключалась в другом: выполнить условие «просто выдержать минус сто двадцать» способен далеко не каждый пробуждённый.

— Операция начнётся завтра. До этого — вопросы.

Поднялись руки.

— Ли Хасон.

— Да. По моим данным, запас продовольствия рассчитан на три месяца. Что делать, если зима продлится дольше?

— Я временно выйду из Синыйджу и приведу Маркиза Меча. Участок под теплицу уже подготовлен. Пока урожай растёт, организуем охотничьи группы. Следующий. Чха Джэхи.

— Благодарю. Если аномалия «Генерал Мороз» расширится за пределы Синыйджу или начнёт перемещаться?

— Будем считать, что у неё есть ядро или основное тело. Я перехвачу лично.

Совещание продолжилось. Бойцы задавали только необходимые для операции вопросы и сразу замолкали после ответа. Все тридцать в какой-то мере были моими внешними учениками — большинство получили обучение через Созвездия и сами об этом не знали.

— На сегодня всё. Отдыхайте. Завтра начинаем.

— Есть!

На следующее утро температура заметно упала. Если вчера ощущалась ранняя зима, то сегодня с рассвета воздух уже по-настоящему кусался. Даже Но Доха, увидев такой июльский холод, выбросила остатки надежды.

— Блядь. Эта ваша [Метеослужба] обычно ничего точно не предсказывает, а именно сегодня решила попасть…

— На бумаге вероятность пятьдесят процентов, но в реальности почти сто.

— А? Почему?

— Подумайте. «Завтра дождь», «завтра снег» — обычные варианты, которые можно предположить и без способности. А «завтра может прийти метель на минус сто двадцать» само по себе уже ненормальное предсказание.

— О…

— Возможность, которой в обычном мире вообще не должно существовать, уже появилась в прогнозе. Значит, [Метеослужба] верно почувствовала аномалию. Нормальную погоду она почти не умеет предсказывать, зато ненормальную фиксирует безошибочно.

— Хм. Логично.

Но Доха отпила горячий кофе.

К восьми утра оперативный штаб внутри Статуи Свободы заполнился людьми, закутанными в зимнюю одежду. Ю Чивон, знаменитая в Пусане модница, пришла в белой форме и меховой накидке.

— Ваша светлость. Всё готово.

Я кивнул.

— Выпускай заключённых.

— Слушаюсь.

Внимательный читатель, наверное, уже заметил расхождение: до Синыйджу добрались пятьдесят человек, а бойцов Дорожного корпуса среди них было только тридцать. Остальные двадцать — заключённые, вывезенные из Пусана и других городов, те самые полезные люди, которых мы уже применяли при прохождении тоннеля Инунаки.

— Все заключённые. Слушать слова его светлости.

Ю Чивон вышла перед ними.

— Да блядь…

— С утра уже…

После двух недель перевозки через весь полуостров настроение у заключённых было, мягко говоря, неважным. Они лениво смотрели на Ю Чивон — и меньше чем через десять секунд брызнула кровь. Не моргнув, она вскрыла одному горло кинжалом, стряхнула кровь с лезвия и точно тем же голосом повторила:

— Все заключённые. Слушать слова его светлости.

Двадцать минус один человек мгновенно превратились в образцовых первоклассников с сияющими глазами. Иногда я подозревал, что Ю Чивон кричит о своей верности просто ради доступа к легальному убийству. Но оставим это.

— С этого момента вам присваиваются номера от первого до девятнадцатого. По вызову будете выходить наружу один за другим.

Я ткнул указкой в маршрут на карте.

— Задача простая. Перейдите мост через Амноккан и идите строго на север.

— На север…

— Да. По дороге будете получать команды по рации. Отвечайте и продолжайте идти. Всё.

— …

— Бежать не советую. Способность Ю Чивон вам известна. Вас найдут хоть в конце ада, а потом покажут место хуже ада.

Ю Чивон прокрутила кинжал; лица заключённых побледнели. В их глазах читался логичный вопрос: «Почему преступники — мы, а сереброволосая психопатка занимает высокий пост?» Я и сам давно хотел узнать.

— Впрочем, будет и награда. Видите реку севернее? Айхэ. После моста через Амноккан до неё меньше тридцати километров.

— …

— Доберётесь туда и вернётесь — сниму двести пятьдесят лет срока. При хорошем поведении в исправительных учреждениях Дорожного корпуса сможете получить дополнительные сокращения.

— …!

Глаза ожили. У всех заключённых срок превышал пятьсот лет; даже кнопка «нажал — прошёл год» разрушила бы их психику раньше освобождения. А здесь — минус двести пятьдесят лет за прогулку меньше чем в шестьдесят километров. До преступления многие были сильными пробуждёнными, так что сделка выглядела выгодно.

— П-правда? Точно сократите срок?

— Обещаю именем Ю Чивон.

Взгляды снова остыли. Я кашлянул.

— …Именем Но Доха.

— У-о-о!

— Это меньше шестидесяти километров! Сделаем!

Мотивация вспыхнула как после трёх роликов иностранного коуча с корейскими субтитрами. Заключённые от первого до девятнадцатого вышли с интервалом в пятьдесят метров. Каждому выдали рацию и американскую военную форму — в апокалиптических фильмах именно американские солдаты обычно работают расходным материалом.

— Святая. Начинайте.

— Хорошо.

В углу штаба, подальше от остальных, Святая сидела, завернувшись в меховую шапку, тёплую одежду, спальный мешок и одеяла. Она сложила руки.

[Разведчик №1. Разведчик №1.]

[Продолжайте движение прямо. В шести километрах впереди зафиксирована союзная группа, с которой потеряна связь.]

[Проверьте выживших и, если возможно, возвращайтесь вместе.]

Святая использовала Телепатию, имитируя радиосвязь. Для заключённого команды звучали неожиданно: ни о какой союзной группе ему заранее не говорили.

— Да что за хрень?

[Разведчик №1. Вы меня слышите? Докладывайте обо всём, что видите впереди.]

— Да ничего. Есть старый железнодорожный мост. Это мост через Амноккан?

[Да. Он частично повреждён, но предыдущая разведка подтвердила возможность прохода. Будьте осторожны.]

— Понял.

Тем временем я один за другим выкладывал у ног Святой маленькие макеты: Статую Свободы, Эйфелеву башню, собор Святого Петра, Биг-Бен, Тадж-Махал, Токийскую башню… Словно шаман, раскладывающий проклятые тотемы, или дети, играющие в призыв духов. Под макетами лежала карта мира, и я осторожно расставлял на ней символы человеческой цивилизации. Но Доха молча наблюдала из кресла, тоже завернувшись в зимнюю одежду.

— М?

[Что такое, разведчик №1?]

— Мост прошёл. Но снег вроде пошёл. Странно.

Карту мира от руки перерисовала Ю Чивон. Точность была ограниченной, зато в бумаге оставалась её сила. Я расставил все макеты и лёгким движением — тук — уронил Эйфелеву башню.

[Ожидаемое аномальное явление. Вероятно, область уже накрыта Пустотой ледникового периода.]

— Блядь. Так вот почему холодно.

[Чем дольше вы остаётесь в Пустоте, тем выше риск. Доберитесь до цели, заберите союзников и немедленно возвращайтесь.]

— Да понял. Неприятно тут.

Я уронил собор Святого Петра.

— А?

Затем Биг-Бен.

— Эй. Что за… Блядь.

[Что происходит, разведчик №1?]

— Метель! Внезапно! Ничего не вижу! Снег откуда вообще взялся?!

[По данным радара ваше положение нормальное. Продолжайте движение.]

— Я иду! Но ничего не видно!

Тадж-Махал.

— Блядь, тр҉р҉р, вообще нич҉е҉го не вижу! Холодно! Тр҉р҉р҉, я замерзаю! Это не шутка, реально слишком…

В голосе появились помехи. Святая посмотрела на меня, и я кивнул. «Пришло».

Рации заключённых были только декорацией: мы разговаривали через Телепатию, а значит, обычным помехам там взяться было неоткуда. Шум в канал вносил кто-то другой.

— Впереди… тр҉р҉р… не ви…

Связь оборвалась. Святая не изменилась в лице.

[Разведчик №2. Связь с первым нестабильна. Видите ли человека в пятидесяти метрах впереди?]

— Что? Тр… Н-нет. Метель слишком сильная, почти ничего…

Второй потерян. Затем третий, четвёртый. Шахматные пешки на [Миникарте] Ю Чивон одна за другой падали: девятнадцать чёрных фигур двигались на север с интервалом в пятьдесят метров и теперь валились домино.

Тук. Я уронил Токийскую башню. На карте мира осталась стоять только Статуя Свободы, и одновременно Святая сказала:

— Девятнадцатый потерян.

— …

— Пришло.

Никто не задал глупого вопроса «куда?». Тр-р-р. Бумажная карта начала покрываться инеем; лёд явно полз именно к Статуе Свободы.

— Гробовщик.

— Да.

Я взял фигурку Статуи и переставил её на Синыйджу. Иней, сжимавший карту со всех сторон, резко развернулся и устремился туда же — на поднесённую приманку, пожирая жертвы, которые мы расставили на пути.

— Тр҉р҉р҉р҉р…

Из раций, где уже не должно было быть голосов, раздался бешеный шум. Температура на специально подготовленном термометре начала падать: минус десять, минус двадцать, минус сорок, минус восемьдесят.

— Дорожный корпус! Выпуск ауры!

— Есть!

Минус сто двадцать.

БУМ! В тот же момент загрохотала дверь. БУМ! БУУМ! Ворота, которые мы заперли после выхода заключённых, стонали под ударами; метель скребла их снаружи, словно гигантскими ногтями. Мешают. Откройте эту смешную дверь. Впустите.

Все поняли.

Зима пришла.

***

Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»

Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы): https://t.me/domnekromanta

Читать раньше всех на бусти: https://boosty.to/domnekromanta