Греффин Корнелиус не находил себе места.

Он мерял шагами залу, едва скользя взглядом по примитивной каменной кладке. Больше всего на свете ему хотелось вернуться домой: обнять жен и лично убедиться, что отпрыски выжимают из своего потенциала максимум возможного. Но вместо этого он торчал на захолустной планете, над которой даже угроза системного изъятия еще висела дамокловым мечом.

Единственным утешением служило то, что здешний эфирный фон оказался не настолько разреженным, как пугали доклады. За все триста двенадцать лет жизни, большую часть которых он оттрубил ударным командиром Горнорудной гильдии Зеленых Гор, на столь молодые миры его еще не заносило. Но баек он наслушался вдоволь: ходили слухи о планетах с настолько чахлой маной, что даже высшие вознесшиеся задыхались там, словно рыбы на суше.

И пусть земной воздух не мог насытить резервы Греффина до краев, калечащей духоты не ощущалось. Принимая алхимические зелья каждые пару дней, он сохранял привычный боевой тонус и мог развернуть свою мощь в полную силу.

Что было весьма кстати, учитывая поставленную задачу.

— Они прибыли? — бросил он, покосившись на своего администратора Мэйбл.

Небесная эльфийка была настолько тощей, что смахивала на обтянутый кожей скелет — фамильная черта ее обособленной ветви долгожителей. Впрочем, при всей своей внешней дистрофии дело она знала туго — а меньшего Греффин от подчиненных и не терпел.

Под его началом стояло две сотни отборных головорезов и вдвое меньше специалистов тылового обеспечения, объединенных единым приказом: наглядно продемонстрировать мультиверсуму, чем чреват разрыв контрактов с Горнорудной гильдией Зеленых Гор.

Командир пока не знал, под каким соусом гильдейские писаки подадут грядущую резню, но не сомневался: в отчетах непременно всплывут словечки вроде «гордыни» и «чрезмерных амбиций». История читалась наперед, словно по писаному: в слепой спешке сорвать с шеи поводок законных обязательств Железный Берег связался с мутными, криминальными элементами. А когда платить по счетам стало нечем — пришла пора расплаты. Сюжет древний, как само понятие торговой сделки, и пропагандисты гильдии облекут его в безупречно правдоподобную обертку.

Впрочем, какая разница?

Его дело солдатское: выбить зубы, указать на место у параши и посадить в кресло наместника того, кто понимает правила взрослой игры. От гильдии еще никто не уходил безнаказанным. Даже если дикари чудом умудрились закрыть долговую кабалу раньше срока — что само по себе тянуло на невероятное везение, — спустить Железному Берегу дерзкую попытку стать самостоятельным игроком было нельзя. Дурной пример заразителен: дай слабину — и остальные должники решат, что закон им не писан, погрузив всю отлаженную систему в хаос.

Мэйбл качнула головой, сухо отчеканив:

— Ответ прежний. Ровно тот же, что и десять минут назад. Сэр.

— Не дерзи мне, — глухо рыкнул дварф.

— Не задавайте глупых вопросов — не придется слушать язвительных ответов.

Греффин лишь крякнул и снова зашагал по кругу. Не будь Мэйбл столь незаменимым винтиком в его механизме, он давно спустил бы с нее шкуру за длинный язык. Но эльфийка тянула на себе всю логистику, так что ее строптивость приходилось терпеть сквозь зубы. Радовало хотя бы то, что язвила она исключительно с глазу на глаз — иначе ради дисциплины пришлось бы показательно пустить девку в расход.

Тяжелые кованые сапоги гулко бухали по гранитным плитам. Высадившись на планету, дварф немало подивился, обнаружив цитадель совершенно пустой. Строение было возведено без капли магии, простым смертным трудом, но держалось на диво крепко. И отличалось почтенным возрастом по местным меркам: добрых несколько сотен лет, не меньше.

В качестве передовой базы замок годился идеально, хотя окружающий мертвый полис изрядно давил на нервы бойцам: от руин за версту разило воксами, пусть самих тварей поблизости видно не было.

Лишь когда передовые дозоры наткнулись на горы истлевших скелетов, картина бойни прояснилась: город взяли штурмом, а население вырезали под корень. Накатила ли орда воксов до штурма или пировала на пепелище — оставалось загадкой, но Греффину было плевать: с низкоуровневой падалью из местных стихийных разломов его ветераны разбирались играючи.

В конце концов маячить в четырех стенах ему осточертело, и командир вышел осмотреть замок. Высоким искусством архитектуры он не страдал, тем более примитивной, но это всяко скрашивало унылое ожидание. Глядишь — удастся нащупать крупицы данных о повадках аборигенов.

Впрочем, надежда растаяла быстро: крепость не блистала изысками, начисто лишенная даже базовых удобств развитых цивилизаций. Если в чертоге нет даже нормальной уборной с проточным смывом — о каком прогрессе вообще можно заикаться?

Бесцельные блуждания вывели его наружу, на заросшие улицы мертвого города, заброшенного долгие годы назад. Дома стояли в полуразрушенном состоянии — то ли от скверного качества бетона, то ли под безжалостным напором времени. Сквозь потрескавшийся асфальт пробивались вековые дубы, а дикий плющ душил уцелевшие стены: еще пара лет — и от цивилизации не останется следа.

И скатертью дорожка.

Убогие серые коробки выглядели уродливо даже с поправкой на дикость местных племен. На их фоне древний замок казался чертогом верховного владыки.

Заглянув в разбитую витрину с непонятными плоскими ящиками с темными стеклянными экранами, дварф затылком почуял чужой взгляд.

— Решил подкрасться со спины? — бросил он, оборачиваясь к привалившемуся к косяку сородичу.

Если сам Греффин обладал классической статью воителя — пудовые плечи, бочкообразный торс и крепкие, словно тумбы, ноги, — то Марус являл собой полную противоположность. Тощий почти как гном, он едва походил на дварфа, если не считать роскошной заплетенной бороды.

Следопыт с ног до головы кутался в глухой черный шелк, на груди красовалась перевязь с метательными ножами, у пояса покоился короткий тесак, а за спиной висел арбалет. Единственной приметной чертой лица оставался тонкий бледный шрам, тянувшийся от уголка рта чуть ли не до самого уха — память буйной юности, которую разведчик наотрез отказывался сводить у ваятелей плоти.

— Дохлый номер, — хмыкнул Марус, отлипая от стены.

— Еще бы, — самодовольно осклабился Греффин. — Парни вернулись?

Следопыт кивнул:

— Час как на базе.

— И почему мне никто не доложил?

Дварф равнодушно дернул плечом:

— Не хотели отрывать тебя от высокого хобби. — Он обвел взглядом битый кирпич под ногами: — Одному Создателю ведомо, что ты вечно выискиваешь на помойках дикарей.

— Ничего я не ищу.

Разведчик прищурился:

— Ты на каждом новом мире первым делом лезешь инспектировать их трущобы.

— Время убиваю. Являлись бы дозоры вовремя — не пришлось бы по кустам шастать.

— Ну так я здесь. Можем начинать пляску.

Греффин промолчал: крыть выпад было нечем. Марус числился подчиненным, но субординацию видал в гробу. Приказы выполнял исправно, но почтения к начальству не испытывал органически. Впрочем, как лучший разведчик ранга вознесения во всей гильдии, он имел полное право на гонор.

В молчании они вернулись под своды замка, где уже кипела бурная деятельность: лагерь чуял скорый марш, и наемники спешно паковали тюки с припасами, проверяя завязки снаряжения.

Греффин завел следопыта в залу, где оставил Мэйбл. Эльфийка уже инструктировала свежее пополнение ударной группы — полудварфа и гнома: их имен командир даже не пытался запомнить. Рядом замерла лишь Эста — чистокровная женщина-человек и один из самых ценных аналитиков штаба.

Отослав новобранцев коротким взмахом руки, эльфийка повернулась к командиру.

— Докладывай, — велел Греффин следопыту.

— Охрана периметра — форменное решето, — ухмыльнулся Марус. — У них даже базового учета бирок на воротах нет.

На цивилизованных мирах без личного опознавательного знака чужака на пушечный выстрел к городу не подпустили бы, здесь же шастали все кому не лень.

— Наши люди уже внутри кварталов, ждут отмашки.

— Крупная рыба есть? — уточнила Мэйбл.

— Пара хвостов. Всё подшито в рапорте. Полубогов не обнаружено, пара-тройка высоких вознесшихся — не более. Проблем не доставят.

Греффин хмыкнул:

— Ты больно уверен в себе.

Следопыт пожал плечами:

— Мир только-только прошел интеграцию, откуда здесь взяться титанам? Опасение вызывает лишь один ублюдок, но он сейчас наглухо заперт в Первородном Царстве.

— Друид, — подала голос Эста.

Греффин поморщился:

— Дикость какая-то... Друидам положено сидеть в священных рощах и нянчиться с корешками, а не ровнять города с землей.

— Этот друид из совсем другой породы: дикой и бешеной.

— Он опасен?

Эста покачала головой:

— По нашим сводкам, он не появлялся на поверхности уже несколько месяцев. Парень славится привычкой бросать свой островной домен на произвол судьбы на долгие недели.

— Бери — не хочу, — хищно осклабился Марус. — Самое время заглянуть в рощу.

— Отставить.

— Что?

— Я сказал: отставить, — с нажимом отчеканил Греффин. — Лишняя драка нам без надобности. Наша цель — нанести сокрушительный удар по Железному Берегу, посадить марионеток в совет и убраться восвояси. Искать приключений на задницу сверх контракта я не позволю. Ясно выражаюсь?

— Ясно, босс. Не согласен, но командуешь ты.

— Вздумаешь нарушить приказ...

Дварф оставил угрозу висеть в воздухе. Следопыт был ценным кадром, но бунт на корабле командир давил без жалости: при малейшем намеке на самоуправство он пустил бы парня в расход не моргнув глазом — и вовсе не из жалости к друиду или его саженцам. Дело касалось рамок контракта: захоти руководство гильдии сжечь остров — это черным по белому прописали бы в приказах.

Марус примирительно вскинул ладони:

— Понял я, понял. Не полезу.

— Вот и ладно, — Греффин буравил разведчика взглядом еще пару секунд, затем повернулся к аналитику: — Что по твоей части, Эста?

— Переговоры завершились успешно: кандидаты на трон с готовностью приняли наши условия, — ровно доложила женщина. — Старик заупрямился сильнее ожидаемого, так что пришлось выйти напрямую на его заместителя. Парень проявил редкое рвение и заверил, что убрать предшественника для него труда не составит.

Командир довольно кивнул:

— Оно и к лучшему.

Молодой волк по рангу стоял куда выше старого вожака, а во главе клана не стоял лишь в силу замшелых семейных традиций.

— Сколько мечей они выставят?

— Свыше двадцати тысяч штыков.

Дварф озадаченно поскреб бороду:

— Меньше, чем договаривались.

— В последних стычках они понесли тяжелые потери.

— Это не сорвет операцию?

— Планета на пороге системного изъятия: мясо гибнет тысячами, явление вполне рядовое.

И с этим не поспоришь: большинство молодых миров шли под нож ликвидаторов задолго до конца таймера, даже развиваясь по плану. Земля же выбивалась из всех графиков бешеным галопом: не закрой здешние аборигены сразу несколько Первородных Царств подряд, гильдия и пальцем бы не пошевелила ради возвращения Железного Берега. Но прыть дикарей сулила неплохой шанс на выживание планеты — а значит, куш стоил риска.

— Значит, выступаем по графику? — уточнил он у Эсты.

— Мятежники выйдут на исходные позиции и сделают всё как надо.

— Отлично. Превосходно. Все свободны — кроме тебя, Мэйбл. Нам нужно обсудить пару деталей.

Эльфийка кивнула, а разведчик с аналитиком покинули покои: лагерь ждал долгий марш к цели.

Едва дверь затворилась, Греффин повернулся к администратору:

— Замеры эфира успели снять?

— Да, сэр.

— И что там?

— Плотность маны на этой планете бьет все мыслимые рекорды для текущей фазы интеграции. Как следствие — Первородные Царства здесь неизмеримо обширнее, а твари внутри на порядок свирепее нормы. Вдобавок разломы сохраняют аномально тесную связь с древними расами, — отчеканила Мэйбл, подтверждая смутные догадки командира. — Системные башни тоже окажутся куда сложнее стандартных.

— Имеет смысл прогнать сквозь них ударную группу для тренировки?

Эльфийка качнула головой:

— Исключено: сорвем график вторжения.

— А после зачистки города?

— Если операция пройдет без сбоев, у нас останется без малого три месяца до обратного портала. Предлагаю пустить этот резерв на штурм Первородного Царства под контролем Железного Берега: дикари уже составили подробные карты маршрутов и знают, как закрыть сценарий в кратчайшие сроки.

Греффин довольно осклабился: сам он, будучи полубогом, опыта в этих яслях не наскреб бы вовсе — для его ранга требовались зрелые миры, — но вот его бойцы поднимут солидный куш. А щедрая добыча крепит верность наемников надежнее любых клятв.

— Добро. Начинай подготовку ко второй фазе. Но язык держи за зубами: бойцы должны думать только о предстоящем штурме.

— Будет исполнено.

С этими словами эльфийка выскользнула за порог. Греффин остался один, надеясь, что учел все переменные. В успехе штурма он не сомневался ни на грош — пока он лично обнажает топор, осечки исключены, — но это не означало, что бойцам не грозит гибель.

А терять людей в захолустной дыре командир не собирался.