— А-а-а-а-а!..

— Чёрт!..

— Нога! Помогите! Кто-нибудь, помогите!

— Покушение! На императрицу покушались!

— Закрыть её собой!

— Тушите огонь! Если пламя перекинется дальше, мы тут все сгорим!

Взрыв в один миг превратил банкетный зал в преисподнюю.

Ударная волна швырнула меня на пол. В ушах звенело, в груди не хватало воздуха, но лежать было нельзя. Я стиснул зубы, поднялся и заставил себя оглядеться.

Передняя часть зала, где только что стояла императрица, исчезла в огне и дыму. Пламя уже лизало занавеси, по потолку расползалась чёрная копоть.

Вот же ублюдок.

Перед глазами снова возник виконт Бовари. Красный платок в его руках. Рывок — ткань рвётся, и следом гремит взрыв.

Предчувствие меня не обмануло. Платок оказался оружием, причём таким, что от праздничного зала едва не остались одни стены.

Сначала хотелось броситься за Бовари, но огонь был опаснее. Дай ему разойтись — погибнут не только заговорщики.

К счастью, сообразил не я один.

— Все, кто владеет магией воды, тушите пожар! Остальные не мешайте!

— Есть!

С разных концов зала ударили струи воды. Сразу сбить пламя не удалось, зато оно перестало ползти дальше. Уже неплохо.

Оставалось добраться до Бовари.

И тут над криками раненых и треском горящего дерева разнёсся его голос:

— Слушайте все! Бездарная императрица получила трон только по праву крови и потому должна умереть! Империи нужен достойный правитель! Я, Бовари, уничтожил узурпаторшу во имя нового императора — Макса Селтрина! Да здравствует Макс Селтрин! Да здравствует процветание империи!

Я застыл.

Что?.. Макс Селтрин?

То есть я?

Только теперь до меня дошло: меня подставляли. Нагло, в открытую и так, чтобы имя услышал каждый.

Злость ударила в голову, но я заставил себя не рваться вперёд. Сначала нужно было заткнуть Бовари, а уже потом разбираться, кто дёргает его за ниточки.

Я шагнул на голос, однако из другого конца зала тут же завопили:

— В-вы слышали?! Это Макс! Макс Селтрин всё устроил! Хватайте его!

Голос был другой.

Значит, Бовари действовал не один. Заговор подготовили заранее, а исполнителей рассадили по всему залу.

Суки.

От ярости свело челюсть.

На этот раз всё должно было закончиться иначе. И могло: я почти вытащил нас из той проклятой истории, где любой путь вёл к катастрофе. И теперь какие-то мрази решили разнести всё к чертям одним взрывом.

В толпе уже подхватили нужные слова:

— М-молодой господин Макс — организатор?! Да что вы несёте?!

— Он не мог этого сделать!

— Замолчите! Не смейте клеветать на него!

Но поверх возражений звучали новые выкрики:

— Так вот зачем Селтрин рвался к власти!

— Героя погубило честолюбие!

— Чего вы ждёте? Если изменника не схватить сейчас, он перебьёт нас всех!

— Найдите Макса!

— Хватайте его!

Подстрекателей было много. Они не лезли вперёд, а подбрасывали толпе по одной фразе, ровно в тот момент, когда люди начинали сомневаться.

В такой давке одного крика хватает, чтобы люди перестали думать.

Дерьмо.

Сквозь дым я почти ничего не видел, зато слышал, как меня ищут. Показываться этим людям сейчас было нельзя. Кто-то испугается, кто-то решит отличиться, кто-то просто ударит первым — и зал захлебнётся кровью.

Хвать!

Чья-то рука сомкнулась на моём предплечье.

Я дёрнулся, готовясь отбиться, но рядом прозвучал знакомый голос:

— Сюда.

Регина.

Напряжение немного отпустило.

— Спасибо.

Когда вокруг творится такое, одного надёжного человека хватает, чтобы снова начать соображать.

Регина молча повела меня сквозь дым. Каким-то чудом нам никто не попался. Вскоре она остановилась у стены, в стороне от основных проходов.

— Пока огонь не потушат, лучше переждать здесь.

Я понял её расчёт. Пламя и дым усиливали панику. Когда станет легче дышать и люди снова увидят друг друга, толпа хоть немного придёт в себя.

— Хорошо.

Я прислонился к стене. Бродить вслепую по залу было бы глупо.

Крики не стихали:

— Где Макс?!

— Найдите изменника!

— Какой ещё изменник? Кто вы вообще такие, чтобы обвинять господина Макса?!

— С-старший на такое не способен!

— Сначала защитите императрицу!

Кажется, среди голосов я различил Аннет. Значит, решение переждать было верным: если сейчас вмешаюсь, мои же люди полезут меня защищать, и начнётся бойня.

Но сильнее всего меня тревожила не толпа.

Оскар.

Она стояла ближе всех к месту взрыва. И всё же я почти не сомневался, что она жива. Слишком сильна, чтобы погибнуть от такой ловушки.

Пугало другое.

Только бы она снова не сорвалась.

Мы чудом договорились. Впервые она не просто выслушала меня, а действительно пошла навстречу. И вот теперь ей дали удобный повод объявить меня врагом.

Даже если она понимала, что это подстава, подозрение уже посеяли. Оскар по натуре не доверяла никому. Наше перемирие держалось на редкой для нас обоих откровенности, и одного удара могло хватить, чтобы всё рухнуло.

Если же она решит воспользоваться случаем, конфликт неизбежен. Я не позволю себя уничтожить, а она не отступит.

Кто вы такие, мать вашу?

Я прикусил губу.

Можно ли было это предвидеть? Наверное. Но я слишком следил за самой императрицей, потому что в прежнем будущем именно она превратила империю в бойню. Удара с другой стороны я не ждал.

— Огонь стихает!

— Слава богам!..

Пламя наконец начало сдавать. Дым медленно поднялся к потолку, очертания людей стали различимы.

И я увидел её.

— Ваше Величество!

— Вы ранены?!

Оскар стояла среди обломков в окружении уцелевших телохранителей. Платье обгорело и висело клочьями. Привычной улыбки не было.

Глаза стали ледяными.

Взрыв не сломил её, но что-то внутри всё-таки треснуло.

Плохо.

Я знал этот взгляд. Так смотрела правительница, способная без колебаний приказать убить стариков и детей. Маска добродушной императрицы исчезла, и наружу вышла та Оскар, которую я помнил слишком хорошо.

Толпа сперва облегчённо загудела:

— Она жива!

— Это чудо!

Но почти сразу люди вспомнили о виновнике.

— Где Бовари?!

— Вон он!

— Схватить его!

Стража и несколько дворян двинулись к виконту. Тот стоял посреди зала с таким видом, будто сам не понимал, почему ещё жив.

Оскар оказалась быстрее.

Топ!

Она одним рывком пересекла зал и схватила Бовари за ворот.

— Кто приказал?

Голос был тихим, без придворной учтивости.

— Проклятье! Я не сумел прикончить ложную императрицу!

— Кто тебе приказал?

По залу прошёл холодок. Многие впервые слышали, как она говорит без улыбки и без вежливых оборотов.

Даже меня пробрало.

— Новый император! Макс Селтрин! Не думай, что спаслась! Ты всё равно умрёшь!

И тут произошло то, чего никто не ожидал.

— Смерть узурпаторше! Истинный император — Макс Селтрин!

— Да здравствует Макс Селтрин!

Несколько телохранителей, секунду назад окружавших Оскар, развернули оружие против неё.

— Ч-что?!

— Как это возможно?!

Толпа онемела.

Я сжал кулаки. Всё было рассчитано безупречно: сначала обвинение из уст Бовари, затем нападение людей из личной охраны императрицы — и всё якобы по моему приказу. Нас сталкивали лбами так, чтобы ни у кого не осталось сомнений.

— Умри!

— За нового императора!

Клинки устремились ей в спину.

Оскар выхватила кинжал — тот самый, который показывала мне во время нашей тайной встречи.

Тк! Тк!

Два коротких движения, и заговорщики захрипели, зажимая пробитые горла.

Грохот!

Тела рухнули на пол.

Оскар даже не посмотрела на них. Кинжал уже летел к Бовари.

Тук!

Лезвие вошло ему в грудь.

— Кх-х...

Виконт дёрнулся, обмяк и повис у неё на руке. Глаза остались открытыми.

— В-ваше Величество, его нужно было допросить...

— Допрос не нужен! И так ясно, кто за этим стоит!

— Верно! Хватайте изменника Макса!

Чёрт.

Всё покатилось под откос. Я уже приготовился пробиваться силой, если другого выхода не останется.

И тогда Оскар рассмеялась.

— Хе... Хе-хе-хе...

Смех прозвучал так неуместно, что люди попятились.

Она оборвала его сама и обвела зал насмешливым взглядом.

— Слушать этот бред больше невозможно. Хотя, может, вы не глупцы, а просто очень стараетесь ими казаться?

— В-ваше Величество?.. Что вы хотите сказать?

Оскар выдернула кинжал из груди Бовари. Кровь брызнула на обгоревшее платье.

Шаг. Шаг. Шаг.

Она направилась к западным лордам, не сводя глаз с одного из них.

Те заметно занервничали.

— Ваше Величество?.. Зачем вы идёте сюда?

Оскар улыбнулась — ласково, почти по-девичьи.

— Приятно прятаться за чужими спинами и дёргать людей за ниточки, правда?

— Я не понимаю, о чём вы...

Тк! Тк! Тк! Тк!

— А-а-а-а-а!

Она несколько раз всадила кинжал в одного из западных лордов.

Тот рухнул и заскрёб пальцами по полу. Остальные застыли, не в силах даже отойти.

— В-ваше Величество! Что это значит?!

— Решил поиграть — будь готов сдохнуть.

Оскар спокойно вытащила клинок. Судя по луже крови, раненому уже никто не помог бы.

Потом она подняла глаза на меня.

И пошла в мою сторону.

Я невольно напрягся.

Так. А ко мне-то зачем?

Я ничего не устраивал. Вообще ничего.

— С-старший!

— Ваше Величество, остановитесь!

Аннет и Камиан закричали одновременно.

Регина уже собиралась заслонить меня, но вдруг замерла.

— Хм...

Регина, какого чёрта?

Оскар приближалась. На лицах моих недоброжелателей появилось торжество: они решили, что сейчас меня обвинят — или просто зарежут на месте.

Императрица остановилась вплотную.

Ну давай. Посмотрим, что ты решила.

Я выпрямился и встретил её взгляд. Я был невиновен и прятаться не собирался.

Хотя слово невиновен применительно ко мне всегда звучало немного подозрительно.

Окровавленный кинжал блеснул у неё в руке.

Я ждал удара, но вместо клинка ко мне приблизилось её лицо.

Губы коснулись моего уха.

— Я верю вам, старший. Потому что вы мне нравитесь.

Я не сумел даже вдохнуть.

Она призналась мне.

Оскар — человек, от которого я ожидал чего угодно, кроме этого. Именно она выбрала для признания зал, залитый кровью, где только что пытались убить нас обоих.