Когда я наконец заканчиваю очередной раунд обследований у Дока, применяю [Лей‐Линию], чтобы телепортироваться в комнату. Потребовалось больше десяти дней на создание линии, способной работать внутри защитного массива этого здания. Но я принял это как вызов. Игру в кошки‐мышки.

И тут в комнате раздаётся голос упомянутой кошки.

"Я спрошу ещё раз, нет, я умоляю, пожалуйста, никаких больше телепортаций внутри главного здания. Мне опять пришлось отзывать охрану, отключать три сигнализации и перенастраивать четыре разных массива."

Голос принадлежит начальнице службы безопасности. Грубой женщине‐виссари.

"Конечно‐конечно, я модифицирую [Лей‐Линию], чтобы снова иметь возможность телепортироваться. Я не виноват, что ваш защитный массив отстой," — произношу я в ответ.

Голос звучит вновь.

"Если ты что‐то сказал, я этого не расслышала из‐за правил конфиденциальности, и ты это знаешь. И всё же я уверена, что это было что‐то грубое."

"Я уже начал модифицировать [Лей‐Линию], чтобы обойти изменения, которые вы только что внесли," — бросаю я.

"Здесь было так спокойно после того, как всех психов перевели на нижние этажи, и... подожди секунду... ты что, прямо сейчас, пока мы разговариваем, опять ковыряешься в защитном массиве?"

"Ой."

"Так, с меня хватит! Ублюдок! До сих пор я сдерживалась из‐за главы филиала, из‐за того, что ты новичок, и из‐за всей этой херни вокруг тебя. Ты хоть, блядь, представляешь, сколько раз мне приходилось разгребать твоё дерьмо?! Троим избитым тобой членам гильдии потребовался целитель. Девять раз ты активировал защитные массивы. Трижды твоя ХРЕНЬ из чёрной маны стёрла части этих массивов. Пять раз ты покидал филиал без соблюдения надлежащих процедур. И НЕ ДУМАЙ, ЧТО Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО ЭТО ТЫ СЛОМАЛ КОНТРОЛЬ ТЕМПЕРАТУРЫ В МОЕЙ КОМНАТЕ! И сделал ты это только потому, что я немного отчитала тебя и обозвала. ТЫ, МЕЛОЧНЫЙ МУДАК! Клянусь, когда я..."

С помощью [Затмения] я разрушаю звукопередающий массив, обрывая её тираду, а дверь укрепляю несколькими слоями защитных плетений и добавочными замками.

Следом применяю [Концентрацию] для фильтрации внешнего шума и приступаю к разбору результатов сегодняшних экспериментов. В этот раз мы наблюдали за моим запечатанным ⌠Сердцем Зажигания⌡. Хоть это и оказалось сложным, я извлёк пару полезных вещей, а над некоторыми другими придётся поразмыслить подольше.

Минувшие две недели порой раздражали уроками, сертификациями и всей этой гильдейской волокитой, однако Док доказал свою полезность – время, проведённое с ним, здорово помогло. Остаётся лишь жалеть, что с нами нет Лили. Ей бы здесь точно понравилось.

И Бисквита. Я скучаю по этому корги. Интересно, как он там. То, что я даже не могу использовать Сообщество для разговора со своим КЭП, ситуацию не улучшает.

Я надеялся, что к этому моменту узнаю чуть больше о чёрной мане, но её почти невозможно нормально исследовать – по крайней мере, нам с Доком.

Мы более‐менее подтвердили мои прошлые подозрения. Это невероятно плотно сжатая мана, но к тому же нечто иное. Будь это просто сжатием, ею владел бы каждый второй Чемпион. Она доминирует над всей маной в округе и растёт тем сильнее, чем больше поглощает.

Чем больше маны я вкладываю в её создание, тем больше она способна впитать до дестабилизации. Дестабилизация, если позволить ей продолжаться, неизменно заканчивается взрывом. Интересно, что если потратить одинаковый объём маны на создание трёхцветной сферы и сферы чёрной маны, взрыв от трёхцветной окажется мощнее. Сфера чёрной маны, впрочем, вызывает широкомасштабное возмущение, которое задерживается на какое‐то время. Чем больше маны, тем шире радиус и тем дольше длится возмущение.

Часть этого возмущения похожа на поле, оставляемое позади [Эмпирейским Копьём], поэтому поначалу мы предположили наличие связи. Но разница в том, что копьё уничтожает, тогда как чёрная сфера нарушает стабильность. Это похоже на последнюю попытку доминировать, взять под контроль или поглотить. Чёрную ману к тому же невероятно трудно изучать, что усложняет задачу.

В качестве побочного эффекта стороннему наблюдателю трудно оценить, сколько маны ушло на её создание. А значит, сложно осознать степень её опасности. Это может объяснить, почему некоторые могущественные, но менее проницательные люди, с которыми я встречался, сразу же пытались от неё избавиться и воспринимали её как колоссальную угрозу – хотя я вряд ли доставил бы много проблем кому‐то по‐настоящему сильному.

И о, сколько раз мы тестировали применение чёрной маны для укрепления тела, усиления разума и накачки навыков. До сих пор я в основном полагался на чутьё, но этот безумный кошкомальчик вывел несколько цифр и более эффективных методов.

Чёрная мана не слишком эффективна для подпитки разума, зато куда полезнее для тела. Да и там она скорее повышает прочность, нежели физическую силу.

Что касается навыков, лучше всего с ней сочетаются [Перераспределение] и [Затмение]. Но хотя у нас пока нет доказательств, я полагаю, что как только моё мастерство возрастёт, [Концентрация] и [Проявление] станут по‐настоящему пугающими.

Камни маны вместе с исписанными бумагами отправляются на стол, а я на ходу стягиваю одежду и иду в душ, пока эти мысли крутятся в голове. Я всё размышляю о тестах, которые мы могли бы продолжить. Многие из них уже помогли улучшить мои конструкты, причём некоторые – весьма значительно.

Как бы неприятно это ни звучало, по результатам анализов Дока я знаю, где тело повреждено сильнее всего. Я знаю, какие части нужно улучшить и модифицировать дальше, и понимаю, как разогнать их ещё сильнее, если решусь. И потому я продолжаю ускоряться, несясь под гору – ведь споткнуться и упасть не сулит ничего хорошего.

Даже если бы я не извлёк никакой выгоды из пребывания здесь в течение последних двух недель, думаю, оно того стоило. И всё ради единственной крупицы информации, полученной от Дока в обмен на три левые руки.

Я услышал о ком‐то, кто, по слухам, обладает чем‐то похожим на мою чёрную ману – или, возможно, абсолютно тем же самым. Об одном из примерно четырёх человек за последние тысячелетия, у которых она была.

Правитель Доброты.

◯

Позже тем же вечером я погружаюсь в Чертоги Разума, где сталкиваюсь с мини‐Софи. Она, как и всегда, находится в той же комнате, и даже сейчас я ни о чём её не спрашиваю. Я жду, пока она сама расскажет, и она это знает.

И это её явно бесит.

Поначалу я гадал, будет ли большая разница между ней и настоящей Софи. В конце концов, она сама говорила, что это лишь слияние некоторых неприятных ей воспоминаний. Но чем дольше я с ней разговариваю, тем больше убеждаюсь в её ошибке. Несмотря на то что эта копия почти ничего не помнит из жизни до Обучения, она знает всё с самого начала первого этажа.

Так что это не просто пара воспоминаний – думаю, её разум раскололся на множество фрагментов, каждый из которых имел в основе Софи из Обучения с примесью некоторых Земных воспоминаний.

Или вроде того. Кто знает. Штучки Смешивателей Разума – странная вещь.

Вздыхая, она произносит:

"Думаю, тот спинной имплант, который он тебе показал, мог бы помочь улучшить твой конструкт ⌠Термического Циклирования⌡."

"Какого ху... какого чёрта."

"Ты же знаешь, при мне можно материться," — отвечает она.

"Ты выглядишь на десять. Я не стану ругаться при ребёнке."

"Не вешай мне лапшу на уши. Я слышала, как разговаривает Вега."

"Она нахваталась этого задолго до встречи со мной. Знаешь, жизнь на улице как бы..."

"Конечно."

"В любом случае, с чего ты взяла, что этот странный спинной имплант поможет мне с циклированием?"

"Разве это не очевидно? Имплант был создан из тела какого‐то монстра, которое попало ему в руки. Этот монстр пропускал сквозь кости не тепловую энергию, а огонь."

"Да, но они были по большей части полыми. И ты предлагаешь мне починить конструкт, сильнее изувечив собственное тело? В смысле, я не против, но..."

Энергично качая головой и придвигаясь ко мне, она отвечает:

"Нет."

На кончике её пальца вспыхивает бледно‐голубая мана, когда она начинает чертить в воздухе.

"Твои термические нити не слишком хорошо справляются с потоком. Они статичны и созданы для поддержания формы. Это годится для оружия, но не для чего‐то вроде твоего ⌠Термического Циклирования⌡."

Приподняв бровь, я уточняю:

"И что?"

Она перерисовывает кость и нити заново. На этот раз вместо того, чтобы сосредотачиваться на слоях или пустотах, она меняет форму. Нить начинает складываться сама в себя, извиваясь спиралью по внутренней поверхности полости. Словно вены, оплетающие позвоночник.

"Ты сплёл несколько нитей, но не позволил им взаимодействовать. Ты скрутил их вместе. Это не структура, а верёвочный моток," — поясняет она.

Хмыкнув, я произношу:

"Я не тупой. Я понимаю, к чему всё идёт. Ты хочешь, чтобы нити поддерживали друг друга."

Снова выглядя раздражённой, она бросает:

"Нет."

Я молчу и слушаю.

"Прямо сейчас твои каналы нагреваются равномерно," — продолжает она.

"Все разом. Вот почему они так сильно раскаляются, и, вероятно, отчасти поэтому тебе так больно. Но что, если одна нить станет горячее и быстрее остальных? Что, если позволить одним нитям набирать температуру, пока другие остывают?"

"Это дестабилизирует всю систему и замедлит проводимость."

"Это всё ускорит," — не соглашается она.

"Всплеск в одной нити заставит более слабую сжаться, подпитывая более сильную. Не одновременный нагрев, а каскадный. Возникнут пики и скачки. Мгновенные, локальные микроскопические взрывы внутри твоего конструкта вытеснят тепловую энергию в более узкие каналы и заставят её двигаться быстрее."

Я моргаю чуть медленнее обычного и задаю вопрос:

"И для этого ты хочешь, чтобы я сделал каналы похожими на полноценные части тела, а затем использовал подкожное сгорание для их исцеления одновременно с тем, как они будут сгорать в каскадных взрывах?"

Наблюдая за мной, она заключает:

"Что‐то в этом роде. Мы же с тобой видели импланты того маньяка, верно? И ты слышал его болтовню о методах, с помощью которых он предотвращает отторжение организмом созданных имплантов. Твоя естественная регенерация и пассивка лечат эти конструкты, но не так быстро."

"Да‐да, мои конструкты не похожи на дарованные системой Особенности, поэтому они не так хорошо взаимодействуют с телесными улучшениями, естественным исцелением, пассивками и прочим, да и зачастую всё портят," — отзываюсь я, обдумывая услышанное.

После короткой паузы развиваю мысль:

"Так что вместо того, чтобы мыслить линиями или, как ты изящно выразилась, мотками и верёвками, я буду думать слоями. Разумеется, придётся снова проделать дохрена работы просто для модификации уже созданного. Потребуется сегментация, множество слоёв, жертвенные нити, основная... и, блядь, создание узлов в местах пересечения путей станет той ещё занозой в заднице. Но, как ты и сказала, я могу задействовать кости и пустить несколько каналов сквозь них."

"Это должно упростить задачу и заставить организм принять их как полноценную часть себя."

"Или всё испортить настолько, что я не смогу восстанавливать кости пассивкой."

Кивнув, мини‐Софи отвечает:

"Или так."

"Я справлюсь."

"Всегда страшно, когда ты это говоришь."

"Мини‐Софи..."

"Пожалуйста, не называй меня так."

"Ты хоть понимаешь, сколько тепловой энергии я смогу пропускать через себя, если всё получится?"

"Дохрена?"

"Выбирай выражения. Ты слишком мала для мата."

"Пошёл нахер."

"Уйму тепловой энергии. И, возможно, всего через пару месяцев я смогу удерживать вторую печать на ⌠Сердце Зажигания⌡ снятой дольше, чем жалкие несколько секунд. В любом случае, знаешь, что самое приятное во всём этом, мини‐Софи?"

"Что?"

"Пока я буду внедрять эти изменения, смогу начать работу над прототипом конструкта, который позволит мне преобразовывать всю эту тепловую энергию в ману."

"Только не ещё один конструкт. Ты только‐только залатал уже имеющиеся."

"Мини‐Софи..."

"Не. Называй. Меня. Так."

"Больше маны."

Сверкнув на меня глазами, она процеживает:

"Однажды ты сожжёшь себя заживо или умрёшь от мана‐радиации. И ты ведь этим действительно гордишься, да?"

"Это была твоя идея. Тебе стоит составить таблицу."

"Ты не можешь валить всё на меня. И нет, я не собираюсь делать никаких чёртовых таблиц."

"Что‐нибудь с цветовой маркировкой по вероятности отказа органов, взрыва сердца и всё в таком духе."

"Потрясающе. Жду не дождусь посмотреть, как ты вспыхнешь."

"Спасибо за поддержку."

"Пожалуйста, ты, абсолютный маньяк. Блядь, клянусь, чем дольше я с тобой разговариваю, тем больше склоняюсь к мысли вернуться в собственное тело."

Затем она пытается вышвырнуть меня из моих Чертогов Разума, но не может. Вместо этого она просто стоит и неловко пялится на меня.

Чтобы облегчить ей задачу, я ухожу сам.

В конце концов, всё сводится к статистике. Рано или поздно кто‐нибудь, войдя в мои Чертоги Разума, окажется ко мне действительно добр.