Зловещее бормотание Но Дохи ничуть не помешало нашей сафари-экскурсии.

Даже Сим Арён и Со Гю, которых обычно трудно по-настоящему расшевелить, оживлённо переговаривались на заднем сиденье.

Хотя, подозреваю, немалую роль сыграли фабричные чипсы и шоколадные сладости, которые я специально приготовил к этому дню.

— М-меня вообще впервые вот так кто-то пригласил и я просто… отдыхаю с людьми.

— Меня хён тоже раньше никуда вот так не звал. Я многого жду.

— Всё-таки компания со станции Пусан… Н-никакого сравнения с жалкими выходцами из других мест. Настоящая сплочённость!

Я довольно улыбнулся и повернул руль.

Сегодня я, Гробовщик, собирался быть не главой гильдии, а всего лишь скромным экскурсоводом.

— Отсюда начинается территория «Фермы Идей». Добро пожаловать.

— Ура-а-а! А? А-а-а?..

Сим Арён высунулась в окно, разглядывая ферму.

Её восторженный крик поднялся до сопрано — и постепенно сполз вниз.

— Эм… Г-глава?..

— Что такое?

— Почему вокруг конной фермы… эм… десятиметровый стальной частокол и бетонная стена?

— Хм.

Я кивнул.

— С эстетической точки зрения украшение и правда не самое приятное.

— Д-да. Немного страшно. А если совсем честно… почти у-уродливо?

— Согласен.

Я нажал кнопку на пульте.

Гр-р-р-р.

Тяжёлые железные ворота, запечатывавшие сафари-парк, медленно разошлись.

— Но, Арён, внешний вид — всего лишь вторичное свойство предмета. К его сущности он не относится.

— Д-да?..

— Подумай. Любая ферма огорожена. Нельзя же позволять животным просто разбегаться. На «Ферме Идей» мы лишь сделали ограждение чуть крепче и надёжнее. Сущность фермы от этого нисколько не изменилась. Понимаешь?

— Эм…

Колёса сафари-грузовика изящно прокатились через открывшийся проём.

— Кстати, окна можете держать открытыми. Только головы наружу не высовывайте. Во время движения это может быть опасно.

— А. Х-хорошо.

Как только Сим Арён втянула верхнюю половину тела обратно, я снова нажал кнопку.

Лязг.

Из оконных рам тут же поднялись стальные решётки.

— Ик!

Сим Арён дёрнулась.

— Г-глава? На окнах решётки. П-почему вдруг решётки?

— Я немного доработал грузовик специально для сафари. Ну как? Отлично, правда? Твой глава, оказывается, мастер на все руки.

— Д-да, впечатляет. Правда впечатляет. Но… зачем вообще понадобилось делать настолько впечатляюще?..

— …

К этому моменту даже Со Гю почему-то замолчал, как Но Доха.

В зеркало заднего вида я видел, как на его суровом лице проступает холодный пот.

— Конечно же, ради абсолютной безопасности наших дорогих гостей.

— Н-нет. Я о другом. Почему вообще простая экскурсия по конной ферме требует такой безопасности?..

— Госпожа Арён.

Со Гю заговорил с неожиданной серьёзностью.

— Да?

— Пристегнитесь.

— Э? Я не люблю ремни, с ними тесно и дышать неудобно…

И тогда.

— КИ-И-И-ИК!

— ХИ-И-И-ИК?!

Снаружи раздалось очаровательное лошадиное ржание.

Внутри одновременно взвизгнула Сим Арён.

— А. Господа, пожалуйста, посмотрите на два часа. Видите? Позвольте с гордостью представить первую лошадь «Фермы Идей» — Скулю.

— Лошадь?..

Но Доха холодно посмотрела сквозь решётку.

— Это лошадь?..

Снаружи нечто очень настороженно следило за сафари-грузовиком.

На длинной, совершенно лошадиной шее висела табличка «Скуля».

Правда, животное снова умудрилось её сломать, поэтому читалось только «Ск■я».

Вот же озорник.

Разумеется, раз Скуля вырос в Пустоте, от обычной лошади он немного отличался внешностью.

Но внешность — лишь вторичное свойство, никак не сущностное.

Например, Скуля, в отличие от других лошадей, умел ходить не на четырёх, а на двух ногах.

Не совсем прямо, как человек.

Скорее слегка сутулясь.

Но всё-таки он же лошадь.

Кожа была не коричневой, не чёрной и не белой, а заметно зеленоватой.

Вероятно, результат адаптации к заросшим сорняками равнинам Тэсанмёна.

И… зубы были острыми.

Но у лошадей и без того хорошо развиты зубы.

Скуля просто прошёл небольшую конвергентную эволюцию.

Всё-таки лошадь.

Наконец, копыта — то есть ногти на руках и ногах — тоже стали чуточку острее.

Но копыта у лошадей существовали и раньше.

Так что изменение совершенно незначительное.

Но Доха осмотрела все эти второстепенные свойства и сухо сказала:

— Это… динозавр.

В тот же миг Скуля раскрыл пасть.

— КИ-И-И-И-ИК!

За полгода я успел установить с животными фермы прочную связь.

Поэтому мог перевести примерно так:

«Что за чушь несёшь, Но Доха? Я лошадь».

— Динозавр? Не клевещите. На каком месте наши дети похожи на динозавров? У динозавров, например, тело местами покрыто отвратительным пухом. А у наших лошадок кожа гладкая.

— Хм. Оставим в стороне, что у лошадей вообще-то растёт грива. Лучше объясните, с каких пор лошади скрестили кожу с рептилиями и стали гладкими зелёными тварями?..

— В-велоцираптор?

Со Гю вскрикнул с заднего сиденья.

— Раптор! Хён, это же раптор!

— Раптор?

— Да! Тот самый из «Парка юрского периода»… Стойте. Господи, хён, только не говорите, что вы и «Парк юрского периода» не смотрели.

— Конечно не смотрел. Он же вышел ещё до моего рождения.

— Нет, старой была оригинальная трилогия! Но потом же сняли ещё кучу фильмов…

— ХИ-И-И-И-ИК!

Но Доха ужаснулась.

Со Гю возбудился.

Сим Арён завизжала от восторга.

Очевидно, милота Скули сделала счастливыми всех.

Я повёл сафари-грузовик дальше.

— А теперь посмотрите на девять часов. Там можете увидеть Острячка — тридцать третью успешную линию моего генофарма. Обратите внимание: он, как настоящая лошадь, ходит на четырёх ногах.

— Трицератопс!

— Прошу не называть нашего Острячка каким-то безродным именем, господин Со Гю.

— Опять динозавр?.. Что нужно было сделать с лошадьми, чтобы у них из черепа выросли рога носорога?..

— Теперь одиннадцать часов. Видите Тук-Тука? Какая красивая форма головы.

— Пахицефалозавр! Динозавр-таран!

— Ой, Тук-Тук так рад нас видеть, что решил постучаться в машину. Ха-ха. Давайте все помашем ему рукой?

— Хи-и-ик… Машина… трясётся…

Как я и ожидал, сафари прошло с огромным успехом.

Стоило представить очередного члена нашей фермерской семьи — и салон взрывался бурными криками.

За всю жизнь регрессора редко удавалось почувствовать такое удовлетворение от роли хозяина.

— Хорошо. Но, господа, согласитесь: смотреть на лошадей только из безопасного грузовика, да ещё через решётку, немного скучно.

— Нет!

— Полностью с вами согласен! Поэтому под моим руководством вы получите особую возможность лично пообщаться с животными.

— А-а! А-а-а-а!..

Сим Арён почти завыла.

Эх.

Не обязательно настолько радоваться.

— Для этого позовём главную гордость «Фермы Идей», моего личного любимца — Гавкуна.

— Гавкуна?..

— Очень тихий и добрый мальчик. Ну, выходите из машины. Арён? Я говорю по-хорошему. Если не выйдешь — расскажу на SG.net, что ты и есть «СтариковНаСвалку».

— Хы-ы-ык. Н-нет, только не это…

Во главе со мной наша группа по одному выбралась из сафари-грузовика.

— Гавкун! Ко мне!

Свист.

Я достал из багажника козий шашлык и бросил далеко в сторону леса.

Через мгновение.

Шлёп!

Из чащи вылетела оторванная задняя козья нога.

По удивительному совпадению она пролетела ровно рядом с лицом Сим Арён и ударилась в окно грузовика.

— А-А-А-А!

— Сейчас появится Гавкун. Он у нас очень добрый, но ещё молодой, поэтому спокойствия и выдержки немного не хватает. Постарайтесь его не раздражать.

— Обычно мы называем это «плохим характером»…

БУМ.

БУМ.

БУ-УМ.

Между деревьями показался Гавкун.

Крупнейшая из всех виденных сегодня «лошадей».

Передние лапы немного тонковаты.

Задние — огромные.

И главное — прекрасная голова.

Со Гю вскинул кулак.

— Вот! Конечно, должен был выйти тираннозавр! И даже без перьев! К чёрту научную точность!

— Бульк…

Рядом Сим Арён мягко осела на землю.

Наверное, лишилась чувств от переполнявшего её восторга.

Гавкун был хорош собой.

Её можно понять.

— ГР-Р-Р-Р-Р!

Увидев папу, Гавкун радостно поприветствовал меня.

— Слышали? Особенность Гавкуна в том, что он рычит почти как «гав-гав». Больше всего любит козлятину.

— Плотоядная лошадь?..

— Конечно. Почему вы придираетесь к ребёнку только за то, что он любит мясо?

— А-а. Я всё думала, почему пробуждённый Гробовщик не заводит семью и хотя бы домашнее животное. Но сегодня внезапно поняла: как хорошо, что у вас нет ни детей, ни питомцев.

БУМ! БУМ!

Гавкун понёсся ко мне, мощно отталкиваясь задними лапами.

Я тоже поднял ауру по всему телу и поймал его голову обеими руками.

— Вот так. Вот так. Соскучился по папе?

— ГР-Р-Р!

— Умница. Нельзя разбрасывать еду. Вот задняя нога, которую ты уронил. Жуй как следует.

— Гр-р-р! Р-р-р!

— Ну как? Правда милый?

— …

Сим Арён уже была без сознания.

Со Гю с сияющими глазами обходил Гавкуна и рассматривал его со всех сторон.

Поэтому отвечать пришлось Но Дохе, человеку, которого трудно обвинить в наличии человеческой души.

— Вы просто настолько нелепо сильны, что силой удерживаете тираннозавра.

Так закончилась кульминация сафари.

Мы спокойно вернулись в домик.

Сим Арён, к слову, так и не пришла в себя.

Я широко улыбнулся.

— Итак, глава Но Доха. Какие впечатления после инспекции результатов фермы?

— Хм-м.

— На мой взгляд, для нашей кавалерии лучше всего подходит Гавкун.

— Хм-м-м.

— Выращивать их непросто, но если дадите мне время и бюджет, я обязательно подниму тысячу Гавкунов и создам сильнейшую кавалерию мира. И, конечно, каждому всаднику я выдам мой рог. Перед атакой все будут обязаны трубить.

— Хм.

Но Доха тоже широко улыбнулась.

Для неё очень редкое выражение лица.

— Херня.

Почему?

Послесловие первое.

Дебют Гавкуна в кавалерии в итоге сорвался.

Но не все достижения «Фермы Идей» выбросили на помойку.

— Пробуждённый Гробовщик. Этот ваш Острячок или как его там, огромный динозавр. Он много ест?..

— Нет. Благодаря чудесам генетики Пустоты большую часть энергии для жизнедеятельности получает прямо через кожу. И это лошадь, не динозавр.

— Динозавр, лошадь — какая разница. В любом случае хорошая новость. Тогда для перевозки грузов Дорожный корпус будет использовать Острячков.

В качестве боевого ездового животного для пробуждённых выбрали не Гавкуна, а Бум-Бума — линию лошадей, специализировавшуюся на таране головой.

Разумеется, я яростно протестовал против этого трагического решения.

— Нет! Кавалерия обязана быть красивой! Какой романтический образ может быть у всадника на Бум-Буме?!

— Но ваш Гавкун, насколько я слышала, съедает почти сто килограммов мяса в день. А Бум-Бум почти не требует корма и вдобавок спокойный. Не вижу причины сомневаться.

— Кха! Кавалерию создают не ради эффективности!

— Тогда назовём не кавалерией, а мобильным отрядом. Или динозавровым. Чёрт. Я сама пишу «Дорожный корпус» и совершенно не страдаю.

Как человек вообще может обладать настолько ущербной чувствительностью?

Так после триста восьмидесятого цикла пробуждённые полуострова время от времени начали ездить на Бум-Бумах.

Разумеется, только в тех циклах, когда я управлял «Фермой Идей».

Я печально вернулся к Гавкуну и в одиночестве забрался ему на шею.

За горизонтом догорал красный закат.

— Прости, Гавкун. Похоже, пару я тебе так и не выведу.

— ГР-Р-Р.

Гавкун ответил: всё в порядке, он находит смысл жизни в философском исследовании бытия, а вовсе не в любовных отношениях, пропитанных плотским желанием.

Ах.

Как невыносимо печально.

Я, утопая в скорби, сидел на спине Гавкуна и затрубил в рог.

— ФУ-У-У-УМ!

— ГР-Р-Р-Р!

На фоне раскалённого заката человек и лошадь взревели вместе.

Так закончилась многовековая мечта человечества о кавалерии.

Послесловие второе.

— Со Гю. Я нашёл тот фильм про динозавров, который ты советовал, и посмотрел. Если честно, так себе.

— Что? Какой именно посмотрели?

— Шестой. Раз он финальный, решил начать с него. Подзаголовок «Доминион». И зачем ты мне такое рекомендовал?

— Нет, хён, блядь…

Конец «Генетического фактора».