***

​

Биков нахмурился, глядя на ледники, падающие на Имперскую столицу.

​

Мало того, что божественная сила, источаемая Красной звездой, нейтрализовала главное преимущество коммунистической армии — численность, так еще и внезапно появились Десять сильнейших.

​

Конечно, танковые части, прорывающиеся с запада Имперской столицы, все еще оставались в строю, а артиллерийские батареи основных сил постепенно восстанавливались, но повлиять на ход сражения прямо сейчас было невозможно.

​

Объективно говоря, коммунистическая армия в битве за Имперскую столицу уже превратилась в массовку.

​

Даже штабные офицеры, оценивавшие ситуацию на поле боя рядом с Биковым, не могли предложить дельного плана.

​

— Лучшее, что мы можем сделать до восстановления артиллерии, — наблюдать, как Десять сильнейших и силы Маркграфа истощают друг друга.

— Нужно немедленно связаться с Москвой и Евгением, чтобы начать совместную операцию.

— Власть нельзя разделить. В конечном итоге Красная звезда и Маркграф ударят друг другу в спину. Нужно дождаться этого момента.

​

Биков не винил их. Хорошая стратегия возможна лишь тогда, когда есть поддержка в виде информации и сил. А у коммунистической армии сейчас не хватало и того, и другого.

​

Особенно информации.

​

Это был предел возможностей коммунистической армии, которая, в отличие от Ёмёна, не имела поддержки разведывательных организаций. Даже сам Биков не понимал, почему США действуют столь откровенно, так что говорить было не о чем.

​

Однако… идеальных планов не бывает.

​

Как и Ёмён, Биков принял быстро меняющуюся ситуацию. И, в отличие от Ёмёна, он подготовил радикальный ответ.

​

С решительным выражением лица он посмотрел на Имперскую столицу и сказал своим штабным офицерам:

​

— Андрей, Маркиан, как только артиллерия будет восстановлена, разрушьте все стены Имперской столицы. Сроки ввода танковых частей оставьте на усмотрение полевых командиров, а после того, как коммунистическая армия придет в норму, захватите императорский дворец, как планировалось изначально.

​

— Есть, понял. А что насчет вас, господин Биков…?

​

— Я отправлюсь на поле боя лично.

​

Офицеры лишь обменялись странными взглядами, но никто не попытался остановить Бикова. Они знали: раз армия нейтрализована, исход войны зависит от сверхчеловек.

​

Вскоре Биков взобрался на уцелевший бронетранспортер. В его груди, пока они направлялись к Имперской столице, начала переполнять сила священной реликвии.

​

​

***

​

​

В тот момент, когда Святая выстрелила еще раз в ногу Пасуна.

​

Ёмён улыбнулся подполковнику Дьюку, который тяжело приближался к нему.

​

— Господин подполковник. Удалось ли вам завершить то, ради чего вы уходили?

​

Подполковник Дьюк издал глубокий вздох, совсем не свойственный рыцарю смерти.

​

— Да, все прошло неплохо. Хотя моя чертова родина стала еще более чертовой.

​

Сказав это, Дьюк пнул армейским ботинком плечо лежащего на земле Макфарлейна.

​

Умирающий Макфарлейн наконец поднял голову и посмотрел на Дьюка. Его замерзшие зрачки расширились от изумления.

​

— …Дьюк? Подполковник Дьюк Петтигрю?

​

— Да, давно не виделись. Биту… или мне теперь называть тебя Макфарлейном?

​

— ….

​

— Ты так изменился, что я едва узнал тебя. Но, как я и ожидал, ты вырос в чертового взрослого, который смеет называть старших по имени.

​

Макфарлейн смотрел на Дьюка с таким же удивлением, как когда узнал, что Красная звезда — это Ёмён, а затем, проглотив хлынувшую кровь, произнес:

​

— Как вы… а, понятно. Нежить… они… они не позволили вам даже умереть?

​

— Ну, можно сказать и так.

​

Дьюк пожал плечами, и лицо Макфарлейна исказилось. Ёмён, слушавший диалог мертвеца и умирающего, склонил голову набок.

​

— …Вы были знакомы?

​

— Да, хоть и недолго, он служил вспомогательным бойцом в моем подразделении.

​

— ….

​

— Хотя он был никчемным отбросом, который даже ботинки толком почистить не мог.

​

Отбросом? Ёмён украдкой проследил за реакцией Макфарлейна. Тот, не отрицая и не подтверждая, смотрел на подполковника Дьюка остекленевшим взглядом.

​

Поскольку это явно был не взгляд на незнакомца, Ёмён решил, что слова подполковника — правда, и продолжил:

​

— Кстати, господин подполковник, что привело вас сюда так внезапно?

​

— Конечно, я пришел помочь в охоте на красных. Ну и заодно планировал встретить этого отброса и остановить его, прежде чем он нападет на тебя… но я опоздал.

​

Вскоре Ёмён убедился, что настоящая причина прихода Дьюка — именно Макфарлейн.

​

В глазах Дьюка, смотревших на Макфарлейна, читалась такая глубокая печаль, что трудно было поверить, будто это взгляд рыцаря смерти.

​

Амбициозная организация, забравшая Дьюка, вероятно, пыталась использовать их связь, чтобы склонить Десять сильнейших на свою сторону.

​

Какова бы ни была истина, Дьюк продолжил с нескрываемым сожалением в голосе:

​

— Ты собираешься его убить?

​

— ….

​

— Если собираешься, не убивай его просто так. Сначала оставь четкое доказательство того, что ты поверг одного из Десяти сильнейших. Раз уж здесь есть свидетель, красиво снеси ему голову.

​

Свидетелем, о котором говорил Дьюк, был американский вертолет, сбросивший ледяных людей с неба.

​

Вертолет поспешно ретировался, как только Макфарлейн потерпел поражение. Ёмён посмотрел на удаляющуюся машину, убрал меч, которым собирался прервать мучения врага, и сказал:

​

— …Доказательства я уже заснял. Но раз уж вы пришли мне помочь, я уступлю завершение дела с Макфарлейном… вам, господин подполковник.

​

Брови Дьюка изогнулись.

​

— Раньше ты не был таким догадливым.

​

— Разве может Генеральный секретарь быть недогадливым?

​

— Ха!

​

Усмехнувшись, Дьюк внезапно поднял Макфарлейна.

​

Макфарлейн шевелил губами, словно пытаясь что-то сказать, но из-за поврежденных легких не смог произнести ни звука. Вероятно, он хотел потребовать, чтобы его оставили в покое, ведь рана была смертельной.

​

Как бы то ни было, Дьюк потащил Макфарлейна к ближайшему стальному ящику. Тому самому, в котором прилетели ледяные люди.

​

Грохот!

​

Дьюк без колебаний запихнул Макфарлейна в ящик и захлопнул дверь. И как только Дьюк постучал по крышке, ящик намертво обледенел.

​

— Если повезет — выживет, если нет — умрет.

​

— Обычно от обморожения умирают.

​

— Будет забавно, если этот канадец замерзнет насмерть.

​

— ….

​

Отпустив глупую шутку, Дьюк оттолкнул ящик с Макфарлейном и сменил магазин в своей винтовке. В пулях чувствовалась мана — это были магические пули.

​

Вопрос о том, зачем он сменил их на магические, был излишен. Дьюк тут же прицелился в вертолет в небе.

​

— В кабинах тех вертолетов сидят бойцы Серии B. Две машины я собью. Одну оставлю тебе. Справишься?

​

Больше объяснений не требовалось. Как только Дьюк нажал на курок, из глаз Ёмёна вырвался Альфа-луч.

​

!

​

Вертолеты, пробитые магическими пулями и лучом, начали падать почти одновременно. Две машины, описывая хаотичные траектории, столкнулись и взорвались в воздухе, а последняя...

​

Бабах!

​

Она рухнула на землю, разбрасывая вокруг искры и пламя. Дьюк, глядя на ледяного человека, который пытался подняться среди огня, но снова падал, проговорил:

​

— Не испытывай жалости. Они — существа более жалкие, чем я, рыцарь смерти. Убить их как можно скорее — это милосердие.

​

— …Я еще ничего не сказал.

​

— Конечно, конечно.

​

— ….

​

— Что ж, подробности обсудим позже… а сейчас давай сосредоточимся на битве. Каков твой следующий план?

​

Ёмён повернул голову в сторону Имперской столицы и ответил:

​

— Я вернусь в императорский дворец.

​

— Разве ты не собираешься разобраться с тем красным, что сбежал, или с другими бойцами Серии B, разбросанными по Имперской столице?

​

— Нет, в любом случае все, включая Ельцина, соберутся во дворце. Ведь все приманки там.

​

— Не недооценивай Серию B. Они не дотягивают до Десяти сильнейших, но если десятки из них одновременно начнут источать холод… в твоем плане появится брешь.

​

— Об этом можете не беспокоиться.

​

Ёмён ответил уверенно.

​

— Там находятся самые надежные люди.

​

Это была уверенность, имеющая под собой основания.

​

​

***

​

​

В то же самое время, вокруг двойника Ёмёна, то есть Маркграфа, державшего Красную ветвь.

​

К месту, где кипела борьба между красной божественной силой и яростно сражающимся Легионом Джугашвили, приближались ледяные люди.

​

Они продвигались вперёд, окутанные мародерским инеем, замораживая здания и дороги, и быстро окружили Маркграфа. Однако в прямую атаку это не переросло — бойцы опасались ввязаться в уличные стычки с Легионом Джугашвили.

​

Одно дело — сражаться с парой человек, но биться с тысячами и десятками тысяч Герой Джугашвили — плохая стратегия.

​

К тому же Мейкер, секретное асимметричное оружие, задействованное для подобных ситуаций, уже вел бой с вороном-зверолюдом.

​

Обычный солдат на их месте давно бы переоценил обстановку или сменил план, но у ледяных марионеток не было подобной гибкости. Лишенные всех мыслей, кроме отданных приказов, они сосредоточились исключительно на их выполнении.

​

Приказ убить пособника Красной звезды.

​

И в этот момент главным пособником Красной звезды выступал именно Маркграф. Если бы Красная ветвь вместе с красной божественной силой исчезли, замысел Красной звезды пошел бы прахом.

​

Увидев Маркграфа в небе, ледяные люди начали выполнять оптимальный план согласно заложенному алгоритму.

​

Бродя по городу с пустыми, мертвецкими глазами, они расширяли зону обледенения и вычисляли оптимальный маршрут для атаки на Маркграфа...

​

Сколько времени прошло? Ледяные люди наконец нашли подходящий путь. Дорога пролегала в обход густонаселенного торгового квартала на западе, немного в стороне от северного района, где бушевали уличные бои.

​

Это был узкий проход, усеянный траншеями и колючей проволокой, но для ледяных созданий это не представляло преграды. Перед испускаемым ими холодом меркли даже мины, не говоря уже о каких-то окопах.

​

К тому же, после того как Макфарлейн дал разрешение на задействование «Омеги», ледяные люди перестали сдерживаться. Приняв допинг, два десятка бойцов дружно рванули по обходному пути.

​

Ледяной шторм, который они гнали перед собой, проносясь по обледенелым дорогам и зданиям, прорвался сквозь ряды Легиона Джугашвили и устремился к Маркграфу в небе…

​

…но не достиг цели.

​

Их преградили четыре рыцаря смерти, словно только этого и ждали.

​

— После Легиона Джугашвили теперь ледяные янки? Вот уж действительно, следуя за Героем, с кем только не приходится сражаться.

​

Начал старый рыцарь с мечом, излучающим мягкий зеленый свет — Глава дома Думеа. Преградив дорогу, он отсек руку ледяному человеку, который замахнулся кулаком.

​

— Нежить, которая ни жива, ни мертва… Неужели земляне действительно не знают, что такое добро?

​

Сетующую на судьбу руку протянул Барана Каси, бывший заместитель командира ордена паладинов.

​

— ….

​

Молча взмахнул копьем Духакан, бывший командир отряда наемников Дукана, и…

​

— Я не позволю вам пройти к моей внучке.

​

Седидаль, бабушка Сири, выхватившая меч огня, который был полной противоположностью холоду.

​

Бу то ирония судьбы или предопределение, но четыре рыцаря смерти, созданные с помощью той же некромантии, что и ледяные солдаты, преградили путь к Маркграфу.

​