Сделав последний пробный тест, я шагнул прочь из плаща клещей, выходя на Светлую Сторону. Я потратил несколько минут на проверку границ дозволенного и теперь примерно представлял, как лучше всего использовать эту вещицу. При достаточно хорошем планировании этот плащ может оказаться даже лучше моих рыцареломов. А если использовать его в тандеме с остальным моим снаряжением и примочками, меня будет почти не остановить.

Постучим по металлу, конечно. Авалис наверняка придумает какое-нибудь крысиное дерьмо, но если я застигну его врасплох и обрушу на него сразу всю мощь своего снаряжения и арсенала, у этого засранца просто нет шансов подготовиться к тому, что я припас. Я добавлю ему еще больше седых волос, чем у него уже есть.

Пришло время для второй проблемы: добыча у меня, и теперь нужно было выбраться с ней отсюда. А это означало, что придется разобраться с гигантской змееподобной машиной, обвившейся вокруг всей этой крепости.

Мониторы, развешанные повсюду, показывали ход битвы, и, в отличие от Темной Стороны, здесь ничто не накладывалось друг на друга. Так что я мог оценить статус боя. Ответ: так себе.

Вратт и То’Орда неплохо справлялись с преследующим их роем рыб, но огромная машина-змея была почти неуязвима для урона. Клинки Вратт казались зубочистками, неспособными прорезать металлическую броню достаточно глубоко, чтобы причинить хоть какой-то ощутимый вред. А те открытые грудные клетки оказались подвижными – в том смысле, что они атаковали в ответ. Ребра шевелились, словно лапки многоножки, и изнутри постоянно выплывали все новые рыбы. Смотреть на это было невероятно жутко.

То’Орда производил на змею еще меньше впечатления. Удары его молота испускали импульсы Оккультизма, легко разрывая на части преследующие его стаи, но на теле змеи они лишь оставляли вмятины в несколько дюймов глубиной. Здоровяк бросил эти попытки после первого же замаха, решив поберечь силы для борьбы с роем, гоняющимся за Вратт.

Это не было бы проблемой, если бы мы могли просто оторваться от этой твари. Проскользнуть между гигантскими парящими глыбами земли и убраться к чертям из этих снегов. Но внушительные размеры вовсе не означали медлительность. Эта штука двигалась как аэроспидер и на прямой дистанции за считанные секунды обогнала бы даже Вратт, вынуждая парочку постоянно петлять.

Я оглядел свой верный набор инструментов и снаряжения на поясе и за спиной, прикидывая, что из этого можно пустить в ход.

По иронии судьбы, картечь из оккультных пуль в моих ручных пушках сработала бы против этой штуки довольно неплохо, поскольку она прошивает практически всё, что не защищено щитом.

Снаряды рыцарелома против чего-то настолько огромного принесут не больше пользы, чем оставленный на улице обогреватель – недостаток, который я начинал остро осознавать. В моем арсенале не хватало средств против гигантов. Наруч тоже застрянет, но, если управлять им через оккультные зеркала, он потенциально мог бы начать кромсать внутренности. При условии, что я смогу провести зеркальные проекции сквозь открытую грудную клетку, полную острых псевдокостей, способных двигаться и колоть. И сквозь массу разъяренных рыб с оккультными зубами.

Я размышлял, как нам безопасно выбраться из этого биома. Говорящий и Судья исчезли, испытание было завершено. Крепость кашляла от перебоев энергии: некоторые экраны мерцали, но большинство оставались целыми и работали. Все они показывали то, что происходило снаружи. А еще здесь были пульты управления орудиями.

— Каковы шансы, что здешние орудийные турели работают? — спросил я.

— Зависит от клещей и от того, насколько вменяемой была колония, создавшая эту декорацию, — хмыкнула Катида. — Не узнаешь наверняка, пока не попробуешь.

Так что я подошел к ближайшему пульту управления с прицельным интерфейсом, сел в кресло и потянул на себя джойстики. Экран засветился, оживая и выводя все больше деталей. Появились счетчики боеприпасов, пробежали анимации загрузки снарядов, пока пушки автоматически заряжались и вставали на позиции, предохранители отключились. Всё было написано странным шрифтом и на непонятном языке, но иконок было достаточно, чтобы я мог более-менее догадаться, что происходит.

Когда я потянул за рычаги, всё кресло повернулось вместе со мной, включая экран – более мудреной конструкции я еще не видел. Зато это определенно создавало ощущение, будто я сижу внутри самой турели. Я знаю, что на некоторых старых моделях аэроспидеров стояли подобные турели, или же их приделывали к более медленным боевым фрегатам. Повеяло чем-то родным.

— Пока выглядит неплохо. Скорость наведения немного маловата, но, думаю, с этим можно работать, — я щелкнул несколькими тумблерами над головой, проверяя, какие иконки станут красными или зелеными, и в целом следуя той же последовательности команд, что использовалась в турелях аэроспидеров.

— Лишь бы она стреляла, дорогуша. Взрывать всё подряд – это самое главное в больших пушках.

Будь у меня шляпа, я бы приподнял ее в знак уважения.

— Время от времени ты действительно выдаешь глубокие слова мудрости, под которыми я готов подписаться.

Я подождал, пока Вратт пролетит мимо, а затем, получив чистую линию огня, нажал на кнопки. Одно за другим стремительно произошло сразу несколько событий.

Во-первых, крепость была достаточно массивной, поэтому здесь, на командном мостике, я не почувствовал никакого движения, но отчетливо ощутил вибрацию и услышал донесшийся гул.

Во-вторых, на экране замигали дульные вспышки, когда обе пушки начали вести попеременный огонь по гигантской змее.

— О, ей это совсем не нравится, — ухмыльнулся я, продолжая вести огонь.

И в-третьих, всё в этом биоме сошло с ума. Потому что стрельба из гигантских пушек по мишеням – занятие отнюдь не тихое. И дело было вовсе не в парящих плитах, замуровавших эту крепость. Каждое попадание по змее сопровождалось ударной волной вибрации, раскалывающей стеклянную сферу. Во все стороны полетели осколки, шинкуя рыб, которым не посчастливилось проплывать рядом. Неудивительно, что «Одины» считали полеты здесь чистым безумием – они еще преуменьшали то, насколько опасным на самом деле было это режущее стекло.

Я наблюдал, как оно рассекает машины, словно оккультные клинки. И змее явно тоже доставалось, поскольку она была вынуждена бежать из разрушающегося окружения.

— И всё же она все еще цела, — заметила Катида. — Несмотря на повреждения.

— Просто немного толстокожая, вот и всё. Дай мне пару минут, и я расплющу ее в лепешку.

Счетчик боеприпасов показывал, что снарядов в одной этой турели мне вполне хватит. А учитывая, что стекло справлялось с задачей ничуть не хуже, я был уверен в своем плане.

К несчастью, мой враг не был глуп. Змея не могла увернуться, поэтому собрала косяки рыб, чтобы те принимали выстрелы на себя. Они слетались по бокам, сбивались в кучу и облепляли ее, словно дешевый оккультный щит. С другой стороны происходило то же самое: рыбы бросались наперерез осколкам, принимая удары на себя или просто сбивая их с траектории.

Пушки наносили урон. Увы, недостаточный. А затем стаи обрушились на сами орудия, и все иконки в моем интерфейсе стремительно сменили цвет с зеленого на красный, пока эти мелкие мусорные засранцы грызли и пережевывали оружейную платформу.

Здесь было полно других турелей; я мог встать, добраться до следующей и повторить процесс.

Но у меня имелись технологии. Я поднялся и принялся вынюхивать центральную систему управления. Постучал по нескольким панелям, сорвал еще пару и после непродолжительных поисков с использованием зрения души для обнаружения концепта порта нашел нечто, похожее на разъем. Остальное взяла на себя Джорни.

— Залезай туда, подключи все пушки и открой огонь по этой твари, пожалуйста.

— Ну, раз уж ты так вежливо просишь, дорогой, как я могу отказать? — хихикнула Катида и принялась за работу.

Загрузились экраны и побежали цифры, появились контуры разделов, стремительно сменяя друг друга. Каждый из них ненадолго мигал зеленым, после чего становился красным и отбрасывался как незавершенный.

— Подключение есть, — сказала Катида. — Но что бы ни делала Джорни, он не может активировать орудия или управлять ими. Трубы на месте, вот только вода по ним не течет. Здесь всё такое... ручное.

— Почему бы нам не провернуть трюк Отца? — подал мысль Совершенный. — Если он смог сделать это чистой грубой силой, ты наверняка сможешь придумать что-нибудь поумнее.

Отличная мысль. Я тут же хлопнул ладонью по боковой панели консоли.

— Фрактал души сюда, если не сложно, — попросил я, и Джорни подчинился: нанорой выгрыз идеально ровную маленькую гравировку. Затем я хлопнул второй раз чуть выше.

Потянулись два духовных щупальца: одно из фонаря клещей Совершенного, а другое – от меня самого. Каждый из нас зацепился за совершенно пустой фрактал души на консоли, и мы принялись прорывать лазейку в сервер.

Как и терминал старых кораблей-реплик клещей в биомах Одинов, этот сервер выглядел просто как пустые коридоры внутри какого-то странного, причудливого аэроспидера. Должно быть, Отец столкнулся с тем же самым, когда давным-давно работал с имперским бункером, так что мы с Совершенным быстро дали друг другу пять и принялись с помощью Оккультизма наводить мосты и подчинять себе всю систему целиком.

Вратт и То’Орда продолжали сражаться с косяками рыб, пока внезапно все турели на якобы мертвой крепости разом не ожили и не начали разворачиваться прямо в сторону гигантской змеи.

Та заметила это. А затем подсчитала количество нацеленных на нее стволов. Мгновенно все рыбы были отозваны обратно к ней, чтобы защитить ее от надвигающейся угрозы.

Именно в этот момент То’Орда совершил самый мощный оккультный замах молотом, какой я только у него видел. Вратт спикировала позади него, подхватила его в воздух, полетела прямо на сбивающуюся в щит массу рыб и швырнула его вперед, словно в чудесном розыгрыше в ангарболе.

То’Орда пронесся по воздуху – вокруг его корпуса и молота трещал Оккультизм, – а затем обрушил удар прямо в центр все еще формирующегося рыбьего шара. Глубоко внутри произошла детонация, разошедшаяся пульсирующей волной, похожей на одну из ударных волн Дракониса, только усиленную в несколько сотен раз.

Всё построение рыб рухнуло, их разбросало во все стороны. Вратт нырнула прямо в угасающий след Оккультизма, выдергивая То’Орду из опасной зоны.

Разумеется, это был наш сигнал, и мы с Совершенным открыли огонь.

Метрическая тонна свинца и древней взрывчатки врезалась в оставшуюся без защиты гигантскую змею, вгрызаясь в нее с такой яростью, что вся махина содрогнулась и забилась в предсмертных конвульсиях. Звуковые волны сотрясали всё вокруг, отчего всё больше стеклянных и металлических плит раскалывалось на части; куски окружающего шара рушились так сильно, что сквозь бреши уже можно было разглядеть остальную часть биома.

К этому моменту в воздухе со свистом носилось столько осколков стекла и металла, что рыбы уже не могли ни собраться обратно в стаю, ни увернуться от них. Весь воздух превратился в минное поле для машин.

Думаю, именно это и нанесло змее настоящий урон. Крупные обломки врезались в нее, вонзаясь глубоко внутрь. Казалось, в первые мгновения после раскола стекло было самым острым. А со временем оно становилось менее опасным. Некоторые рыбы, подоспевшие позже, уже не разлетались на куски, а просто врезались в стекло, которое лишь замедляло их движение.

Как бы то ни было, эта змея была уже мертва. Или умирала. По крайней мере, ей явно было больно – если машины вообще способны чувствовать боль. Мне было бы даже жаль ее, не будь она кровожадным ублюдком, пытающимся убить Вратт. И То’Орду тоже, хотя за него я сейчас переживал скорее неохотно.

Мы же с Совершенным, напротив, развлекались как никогда в жизни. Стреляли разом из нескольких десятков пушек размером с аэроспидер, обрушивая на летающую змею разнонаправленный поток раскаленно-желтых лучей. Вся сфера крепости ожила и с радостью помогала нам сеять безудержное разрушение.

А затем Совершенный коснулся меня встревоженным щупальцем.

— Что-то происходит, — окликнул меня Совершенный, а затем исчез. Просто взял и испарился.

Меня мгновенно охватил страх, и я тут же метнулся к фонарю клещей, ища его. Духовные щупальца пронзили артефакт в поисках связи с другой стороной. Ее не было. Внутри не осталось ничего, кроме привычных мне концептов самого фонаря клещей. Мост в царство клещей пропал. Совершенный исчез.

---

Совершенный почувствовал, как непреодолимая команда выдернула его из текущего проекта обратно в фонарь клещей, а затем утянула еще дальше – на саму территорию клещей. Он обнаружил, что все еще жив и находится внутри маленького кровавого фрактала души, существовавшего глубоко на клещевой стороне мира.

Но даже там он заметил, что нечто окружило весь фрактал целиком, поглощая его в выделенную программу.

Очнувшись снова, он оказался глубоко в цифровом море. Причем в гребной лодке – или ее виртуальной версии. Он поднялся на ноги, чувствуя, как при движении смещаются пластины его старой брони. Это была не совсем Джорни, а скорее то, в чем он сам себя представлял. От себя он добавил лишь слегка потрепанный плащ с капюшоном, так как хотел хоть немного отличаться от Прайма.

Лодка плыла вперед по спокойным волнам серой воды. Направляясь куда-то. Он не был уверен, но то, что затащило его сюда, сделало это через территорию клещей. Значит, это не мог быть Релинквишт. Описание их встречи со слов Прайма совершенно не походило на это, хотя неумолимая мощь этой силы ощущалась точно так же.

Что бы ни затянуло его в это царство, оно было где-то здесь. Совершенный чувствовал его. Могущественное присутствие, контролирующее всё это пространство. Неумолимое.

Вода впереди вспенилась, и из глубин поднялось нечто. Словно массивный собор с единственным светящимся синим нимбом глаза, взирающим на него сверху вниз. Оно продолжало подниматься из воды, открывая взгляду всё новые части движущейся конструкции, с которой реками и водопадами стекала вода.

— УСТАНОВЛЕННЫЕ ПРАВИЛА: Обучить претендента боевым навыкам внутри цифрового эха после успешного завершения авторизации хранилища. ОЦЕНКА: Авторизация хранилища успешно завершена. ДЕЙСТВИЕ: Ожидание ответа претендента.

Судья.

Кит Супериор не колебался. Он выпрямился во весь рост и посмотрел вверх на движущуюся машину размером с собор, возвышающуюся за пеленой белого тумана.

— Давай, здоровяк. Покажи мне, как раздавать лещей в этом царстве. Я более чем готов.

— ОТВЕТ ПРЕТЕНДЕНТА: «Более чем готов». ОЦЕНКА: Начать тренировочную сессию.