— Поверить, блядь, не могу, что он назвал тебя Бобом, — прошипел Драконис себе под нос. — Разумное биооружие, созданное для истребления человечества, а этот придурок называет тебя Бобом? Я уже и не знаю, смеяться мне или плакать.

А чего он уж точно не испытывал, это удивления. Он знал Кита меньше суток, однако этого вполне хватило, чтобы понять, как устроена башка этого ходячего бедствия.

— Я эволюционировал и перерос роль простого оружия, — ответил Боб, настаивая на своей невиновности во всем этом.

— Ну да, конечно, — бросил Драконис, разминая плечи и снова осматривая возвышающееся перед ним Сердце Столпа. — И чего я вообще тебя спрашиваю?

— Я имею прямое отношение к этому разговору. Меня следует спрашивать.

Прошло уже добрых десять или двадцать минут с тех пор, как Драконис обнаружил в своей голове нового соседа. И за это время он успел кое-что узнать о разумном биооружии.

— Значит, теперь ты часть меня навсегда?

— Да. Пока ты не умрешь.

— Не выйдет. Я же Бессмертный, помнишь?

— Я не забыл. Это одно из твоих величайших достоинств в качестве носителя.

— Ну еще бы, — он покачал головой. Он уже пытался отыскать паразита внутри себя, но его контроль над собственным телом еще не достиг инстинктивного уровня, как у Лайонхарта или других древних Бессмертных. В конце концов, его обучение началось всего несколько месяцев назад.

Перед ним возвышалось Сердце Столпа, оплетенное каменными лозами, словно произведение искусства. Металлические листья примерно вдвое больше его самого служили платформами, на которых можно было стоять и которые вели наверх. С каждого из них низвергались водопады, окутывая основание Сердца Столпа туманной дымкой – вода здесь лилась буквально отовсюду.

Он уже пробовал технику медитации Лайонхарта у Сердец Столпов. Но, правду говоря, он так до конца и не понял, каким именно образом его наставник определял, какие силы таит в себе то или иное Сердце Столпа. Его собственное обучение проходило слишком стремительно: сплошные марш-броски от столпа к столпу ради быстрого сбора способностей вместе с остальными бойцами его стремительно растущей огневой группы. Даже сам Лайонхарт признавал, что подобный навык приходит позже, с практикой. Предполагалось, что у него впереди будут целые годы.

Жаль, что этот навык до зарезу требовался ему прямо сейчас.

— И что дальше? Захватишь мой разум? Превратишь меня в мясную марионетку? — Он прикинул, какие у него есть варианты на случай такой участи, если он начнет медленно терять контроль над собой. Возможно, умирать каждые несколько дней, чтобы сбрасывать заражение. Мрачновато. Но выполнимо.

А вот разобраться со светящимися надписями на Сердце Столпа было куда менее выполнимой задачей.

— В прошлом ты сталкивался с зависимостью. Я способен контролировать тебя не больше, чем она, — произнес Боб.

Эта тварь умела читать его мысли. В молодости он много курил – еще до того, как начал ходить на охоту наружу и был вынужден бросить эту привычку. Ему пришлось сделать это ради племянницы, которая брала с него пример. В те времена, когда мир еще был правильным и все шло своим чередом.

— Если будешь курить, тебя убьют машины, — сказала она тогда со всей мудростью шестилетнего ребенка. — Они увидят облака дыма, а ты не сможешь быстро бежать. Мама так сказала.

Тогда он лишь пробурчал пару отговорок и пообещал ей подумать над этим. А затем вернулся домой, сел и крепко задумался о своей жизни. Бросить оказалось непросто, но кто смог бы посмотреть в глаза шестилетней девочке и сказать ей «нет»?

— Выметайся из моей головы, ублюдок. Некоторым воспоминаниям лучше оставаться мертвыми.

То'Вратт не была виновна в смерти его племянницы – девочку задолго до появления военачальницы у крепостных ворот Капра’нора забрала болезнь. Неизлечимая, как сказали медики. Даже после того, как ее отвезли в саму Недрию, город с самыми передовыми медицинскими центрами. Он не мог винить в этом Золотую Богиню: жизнь распорядилась по-своему.

Он тряхнул головой и сосредоточился на текущей разведке. Драконис пока не планировал покидать этот маленький островок спокойствия, так что стоило хотя бы попытаться выяснить, что припасло для него здешнее Сердце Столпа.

Он перевел дух и снова приложил ладонь к шершавой каменной поверхности, пытаясь нащупать ответы в глубинах столпа. Это должно было приходить инстинктивно. Но, кроме самого ощущения настройки, на которую он был способен, в его сознании так ничего и не появилось.

Его арсенал способностей уже был полон: что бы ни таилось в этом Сердце Столпа, оно должно было заменить то, что он уже знал и умел применять. Сделать такой выбор вслепую, не имея полной информации, было невозможно.

— Блядь. Ладно! — Он резко отдернул руку. Раз уж получить силу от этого столпа не выйдет, можно переходить к следующему пункту в списке дел.

— Сокровища клещей. Я бы и сам хотел взглянуть на подобные вещи, — произнес Боб, довольно загудев. Казалось, тема клещей приводила его в неподдельный восторг. Одержимый сталкер. Он без конца донимал Дракониса просьбами заняться поисками того, что они после себя оставили.

У всех Сердец имелся внутренний шпиль, хотя способы попасть внутрь зачастую различались. Обычно внутри не было ничего, кроме стен из зерна, растительности и прочей съедобной органики – в общей сложности достаточно, чтобы прокормить двадцать-тридцать человек. Как правило, глубоко в основании также находился источник воды, тогда как верхние внутренние спирали хранили пищу. Здесь же вода, судя по всему, скапливалась на металлических листьях, усеивавших столп снаружи и даже враставших в кроны окрестных деревьев.

Вероятно, во многом именно поэтому деревья здесь и смогли вырасти такими высокими.

У этого Сердца в нижней части не было главного входа. Вместо этого снаружи его обвивали причудливые узоры в виде лоз, уходящие вверх. Впрочем, такое уже встречалось. От него просто требовалось проявить чуть больше смекалки.

Он посмотрел наверх, кивнул сам себе и принялся карабкаться по каменным лозам, пробираясь к первому ответвлению с металлическим листом.

— И какое отношение мои старые проблемы с зависимостью имеют ко всему этому? — спросил он на полпути наверх. В основном потому, что Боб притих, а это настораживало Дракониса.

— Я подобен той зависимости. Шепот в твоем разуме. Побуждение к действию, — ответил Боб, пока Драконис добирался до достаточно удобной точки опоры, откуда следом выпустил оккультный хлыст к верхнему краю листа и рывком подтянул себя наверх.

Он ударился о край, крепко ухватился руками и, болтая ногами в воздухе, с глухим кряхтением перевалился через бортик. Увиденное вполне соответствовало его ожиданиям: небольшое озерцо воды, которая скапливалась в углублении и переливалась через край листа вниз. Он не мог определить, откуда именно берется вода – возможно, ее качал обычный насос внутри надстройки. Или же дело было в чистой сила Оккультизма.

— Звучит слишком уж хорошо для паразита, пожирающего мозги, — заметил он, наклоняясь, чтобы зачерпнуть ладонью немного воды на пробу.

— Ты уже побеждал зависимость раньше. Твоя лобная кора подавит меня так же легко, как ты дышишь.

— Думаю, какой-нибудь ученый назвал бы тебя «ненадежным рассказчиком». За какого идиота ты меня держишь, придурок? Ясное дело, ты будешь заливать мне, что полностью безопасен, — он посмотрел на следующий лист выше, снова хрустнул шеей и полез дальше.

— Какой мне прок от контроля над твоим телом? — сменил тактику Боб. — Ты уже ассимилирован. Твой интеллект, понимание и способность мыслить уже поглощены моим общим сознанием. В дальнейшем использовании твоего тела нет необходимости.

Это... была странная логика.

— И как, много тебе это дало?

— Ты мыслишь иначе, чем Одины и другие животные этого уровня. Теперь у меня усилилась склонность к распознаванию закономерностей. Вы выстраиваете полученный опыт в сюжеты с причинно-следственными связями, смыслом и целью. Одины и кольцехвосты делают то же самое, но в меньшей степени, чем люди. Теперь я испытываю меньший инстинктивный страх перед огнем и другими примечательными явлениями. Любопытство слегка возросло. Ты – превосходное пополнение в моей коллекции.

— Жуткая хрень.

— Твои эмоции нелогичны и иррациональны. Я то, что я есть.

— То есть жуткая хрень.

— Твое мнение остается при тебе. Куда ты идешь, что делаешь, кто ты такой – ничто из этого не имеет для меня значения. Единственная дополнительная выгода, в которой я заинтересован, – это твое продолжительное существование.

Драконис рассмеялся:

— Уж чего-чего, а «заражения пассивно-агрессивным разумным биооружием» в моем гребаном бинго точно не было. Значит, мясная марионетка или что-то в этом роде тебе не нужна?

— ...Ты снова возвращаешься к этой теме. Ты мне угрожаешь? Каковы твои условия, чтобы избежать подобного развития событий?

Драконис замер на полпути к следующему уступу. Угрожать разумному биооружию?

— Будь добр, объясни, как именно я тебе угрожаю?

— Я – множество. Ограничить себя одним телом было бы скверной стратегией выживания. Твой конец стал бы и моим концом.

— А что насчет части про «поддерживать мою жизнь вечно»? В чем тут подвох? Запихнешь меня внутрь какого-нибудь дерева, где я превращусь в обездвиженный кусок плоти из боди-хоррора?

— И снова. Зачем ты угрожаешь мне подобными действиями? — в голосе Боба теперь звучало неподдельное беспокойство. — Ты задавал вопросы. Я отвечал в меру своих знаний. Мне неизвестно ничего из сказанного мной, что могло бы оправдать такое поведение.

— Да с какого перепугу это угроза?! Ты же сам только что сказал, что единственная польза от меня – жить дольше остальных твоих частей.

— Понимаю. Нарушение взаимопонимания. Оптимален тот носитель, который живет полной жизнью. Запереть себя в одном месте без каких-либо внешних стимулов – пустая трата всего потенциала роста. Продолжай развиваться, учиться, двигаться вперед, и я тоже буду пассивно совершенствоваться вместе с тобой.

— А как насчет биомассы или чего-то такого? Если я не буду жить в точности так, как тебе хочется, ты просто пустишь меня в расход и слепишь какое-нибудь огромное чудовище?

— У меня достаточно биомассы. В дополнительной биомассе нет необходимости. Я бы предпочел, чтобы ты никого больше не заражал, если только речь не идет о других Бессмертных вроде тебя. Вы – идеальные носители.

Ага. Вот оно что.

— Значит, ты хочешь, чтобы я заразил других Бессмертных, — разумное биооружие предлагало Драконису стать нулевым пациентом (1) среди не умирающих.

— Это было бы оптимально, да.

— Держи карман шире, ублюдок, я уже читал такие истории. Тебе повезло, что я сейчас не в том положении, чтобы прямо на месте начать выковыривать тебя из себя.

— За эту услугу может быть предложена компенсация.

Драконис хохотнул:

— О, это должно быть охуенно интересно. Валяй. Я весь внимание.

— Чего ты желаешь? — спросил Боб.

— Разве сейчас не тот момент, когда ты сам должен огласить список предложений?

— Я предложу все, что пожелаешь, если это в моих силах.

— И как ты передаешься от меня другим Бессмертным? — спросил Драконис. Главным образом для того, чтобы случайно никого не заразить, если дойдет до дела.

— Через слюну при контакте с открытым кровеносным сосудом, — ответил Боб. — В твоей крови содержатся металлические частицы, которые выискивают мои споры и поглощают их, возвращая все колонизированные клетки в исходное состояние. Я отрегулировал скорость своей регенерации так, чтобы она равнялась скорости их уничтожения. Таким образом, переливание крови сработает, если провести его достаточно быстро. Однако наилучшим путем передачи будет поедание твоей плоти: как только клетки подвергаются некрозу, твои защитные механизмы прекращают работу. В мертвой плоти мои споры смогут беспрепятственно продолжать распространение.

— Бессмертные вампиры-зомби. Ладно, отлично. Да и хуй с ним. Почему бы и нет?

Он перенес вес, переполз в сторону и принялся ощупывать поверхность. Что-то впереди манило его. Драконис продолжил карабкаться в том направлении, пока не обнаружил, что стены здесь нет вовсе. Лишь ее видимость. Вход все это время находился прямо тут, просто был скрыт от глаз. Он видел, как его рука целиком прошла сквозь камень.

Быстрый шаг вперед – и он переступил порог самого Сердца Столпа. Внутренний полумрак стремительно рассеялся, сменившись тусклым синим и золотым свечением: столп пробуждался, реагируя на вторжение.

Драконис выждал, готовясь к тому, что внутри проснется какой-нибудь страж. Но ничего подобного не произошло. Вместо этого внутреннее пространство оказалось заполнено растениями: белые цветы, ярко-синие стебли и мягкое сияние, исходящее от окружающих стен. До него все еще доносился шум бушующего снаружи моря, слегка приглушенный местными сводами. Сверху вниз струилась вода, подобно рекам протекая между здешними листьями.

А в самом низу он кое-что увидел. Большой ящик из нержавеющей стали, заполненный геометрическими кубами, которые безо всякой видимой логики вплывали в него и выплывали наружу. И все это покоилось на центральном помосте. Он сразу понял, что перед ним: сундук с сокровищами клещей.

Все сходилось. Лайонхарт рассказывал ему, что подобные вещи появляются внутри Сердец Столпов – и ровно один раз: «для первого человека, который их обнаружит».

Он спрыгнул вниз, замедлив падение с помощью оккультной веревки, приземлился и двинулся к сундуку. Если до сих пор ему не встретилось никакого сопротивления, подвох мог ждать в другом.

Когда же он добрался до сундука с сокровищами, то обнаружил нечто похуже любого сопротивления. Драконис сквозь зубы выдохнул длинную вереницу проклятий в адрес клещей.

Они оставили проклятую богиней головоломку.

И если попытка настроиться на столп потребовала бы от него нескольких дней медитации, то на эту штуку могли уйти месяцы. В последний раз он слышал о чем-то подобном в одной истории: там головоломка годами оставалась нерешенной, пока в Сердце Столпа не зашел десятилетний немой мальчишка, который затем молча вышел обратно с призом в руках. Никто так и не узнал, что именно этот ребенок сделал или сказал, чтобы добыть награду.

Драконис не был уверен, правдива эта байка или нет, но урок из нее следовал простой: быстро разобраться с подобной штуковиной способен только тот, у кого абсолютно сдвинутый взгляд на мир.