— Не знаю даже, как вас теперь называть: лордом или комендантом…

Началось всё с торговца фруктами.

— Комендант у нас Грэхем, а я — командир Ордена, — непринуждённо ответил Энкрид. Судя по его тону, он уже привык к подобным заминкам со стороны горожан.

— Тогда, господин командир, угощайтесь.

Торговец с хитрой ухмылкой протянул ему две сливы. Энкрид забросил одну в рот, а вторую отдал своему спутнику, Нищему Святому.

Старик, моргнув затянутыми бельмом глазами, взял сливу и надкусил.

Хрусь.

Сочная мякоть брызнула соком, и рот наполнился ярким кисло-сладким вкусом. Фрукт был спелым, а его аромат буквально бил в нос.

— Сладкая, — заметил Энкрид.

— Да, очень, — согласился Нищий Святой.

Подобная роскошь стала доступна лишь благодаря большим фруктовым садам, разбитым недавно на равнинах Зелёной Жемчужины.

Свежие фрукты такого качества — привилегия, ради которой столичные аристократы держат собственные охраняемые сады в окрестностях Наурила. Так что слово «роскошь» здесь было более чем уместно.

Они двинулись дальше, проходя мимо лотошников. Вдруг один из уличных торговцев окликнул Энкрида:

— Я теперь работаю на торговую компанию «Рокфрид».

В ответ Энкрид поднял руку, демонстрируя обмотанную плотной тканью ладонь:

— Это действительно прочная вещь.

Это были тканевые наручи, подбитые изнутри тонкой кожей для прочности. Они были сшиты из той самой ткани, которую он когда-то купил у этого гиганта.

— Ещё бы. Я барахлом не торгую.

Голос гиганта прогремел так, что его было слышно, наверное, на другом конце площади. Нищий Святой, которому в этом разговоре места не нашлось, лишь молча наблюдал со стороны.

— И что ты продаёшь сегодня? — поинтересовался Энкрид.

— Вот это.

Гигант указал на свой прилавок, заваленный всякой всячиной. Там были и амулеты, и кольца, от которых исходила явная тёмная аура.

— Говорят, этот перстень навевает кошмары по ночам, но взамен отводит одну серьёзную беду.

Громоподобный голос торговца привлёк внимание всех прохожих. Энкрид тем временем внимательно изучал предложенный товар.

И правда, он чувствовал едва уловимую, странную энергию, исходящую от кольца.

«Наверное, это благодаря тренировкам с Эстер».

А может, и опыт сражений с Шагающим Огнём и заклинаниями культистов сыграл свою роль.

Как и говорил гигант, кольцо действительно содержало какое-то заклятье. Присмотревшись, можно было заметить, что оно окутано тончайшим слоем тёмного тумана — зрелище, недоступное взору обычного человека.

Путешествуя по континенту, можно наткнуться на крошечные деревни первопроходцев.

Некоторые из них строились в безопасных местах, но многим приходилось выживать в условиях постоянных нападений монстров. И ради защиты жители таких деревень иногда заключали сделки с магами-отшельниками или ведьмами. Скорее всего, это кольцо было именно оттуда. Не нужно быть гением, чтобы догадаться.

Но тут гигант принялся в мельчайших подробностях расписывать историю происхождения кольца. Энкрид заметил, что обычно неразговорчивый гигант сегодня был подозрительно словоохотлив и любезен.

— Мне такое не нужно, — сухо ответил Энкрид. Если бы ему понадобился артефакт, он бы просто попросил Эстер.

— Я так и думал.

— Тогда зачем распинался?

Гигант, даже сидя на земле, был почти одного роста с Энкридом. Он слегка подался вперёд и прошептал:

— Чтобы другие услышали.

Из-за устрашающей внешности и расовой принадлежности покупатели обходили его стороной. Торговля шла туго. И он просто использовал авторитет Энкрида как живую рекламу.

Вот почему он так орал на всю улицу.

«А он стал настоящим торгашом».

Хотя, зная этого гиганта, можно было не сомневаться: свои принципы честной торговли он не предаст.

— Хватка у тебя улучшилась, — так же тихо ответил Энкрид. Гигант довольно кивнул.

— Ладно, бывай.

— Ага. Увидимся.

По пути Энкрид перекинулся парой слов ещё с несколькими людьми. Нищий Святой заметил, что командир Ордена, кажется, в довольно тёплых отношениях с хозяином таверны, расположенной в самом центре города.

— Какими судьбами? Ещё не обедали? Заходите, поешьте, — радушно поприветствовал их человек по имени Аллен. Его главной мечтой было превзойти вкус знаменитого тыквенного супа Ванессы. Недавно в меню появился куриный суп. Рядом красовалась приписка: «Тот самый рецепт, по которому моя бабушка лечила меня от простуды».

И, надо сказать, это сработало — от клиентов отбоя не было.

Конечно, по популярности его таверна всё ещё уступала заведению Ванессы с её фирменными супами, пирогами и тыквенным соком, но Аллену грех было жаловаться.

Благодаря Безопасному Тракту торговля процветала, а после того, как компания «Рокфрид» обосновалась здесь, товары в Бордергард потекли рекой.

И Аллен сполна пожинал плоды этого экономического бума.

«Да и сельское хозяйство в Зелёной Жемчужине даёт о себе знать».

Нищий Святой не был слеп к происходящему. Даже с плохим зрением, находясь в гуще событий, видишь куда больше. Тем более, он сам всегда признавался, что предпочитает смотреть не на кроны деревьев, а на их корни.

Судьбы простых людей и их повседневная жизнь интересовали его куда больше, чем политические игры на высшем уровне.

«Изобилие. Здесь царит настоящее изобилие».

Так оценивал город Святой.

Отсутствие стычек с Азпеном сыграло в этом не последнюю роль. Теперь огромную равнину можно было безопасно засеивать, не боясь набегов монстров.

Регулярные зачистки гор Пен-Ханил и открытие Каменного Тракта, ведущего на Запад — всё это принесло плоды.

И плоды эти обернулись нынешним процветанием Бордергарда. Но там, где есть яркий свет, всегда кроется и густая тень.

Нищий Святой прекрасно знал этот закон мироздания.

И вот эта самая тень предстала перед ними во плоти. Фрогги славятся своей способностью к регенерации, поэтому шрамы у них — большая редкость. Но к ним приближался фрогг с явным белым шрамом на шее, и видок у него был более чем угрожающий.

Решил затеять драку? Или позарился на драгоценности Святого? А может, это охотник за головами, пришедший по душу старика?

«Или это убийца из Священного Государства?»

Ни то, ни другое, ни третье.

— Давно не виделись, — хрипло поприветствовал их фрогг. Энкрид с минуту разглядывал его, а затем неуверенно произнёс:

— …Мелон? [Прим. переводчика. А-ха-ха. Опять дыня )))]

— Я Меэлун. Опять имя забыл?

— Ах да, точно. Меэлун.

Несмотря на то что Энкрид в очередной раз исковеркал его имя, фрогг даже не думал возмущаться.

Для Нищего Святого это было в новинку. Но для Меэлуна это было в порядке вещей.

Если он полезет в драку, то сдохнет от первого же удара. Так стоит ли обижаться из-за забытого имени? Меэлун был фроггом, и, как истинный представитель своей расы, жил, подчиняясь инстинктам.

Он нашёл своё место, одержал пару мелких побед и был этим вполне удовлетворён. Нынешняя жизнь его полностью устраивала.

Следом за фроггом из тёмного, сырого переулка между плотно стоящими домами вынырнул лысый мужчина. Классический авторитет из подворотни. Солнечные лучи заиграли на его гладкой макушке.

— Командир, — уважительно позвал он Энкрида.

— Гилпин.

На этот раз Энкрид вспомнил имя мгновенно.

— Почему его имя ты помнишь? — проворчал себе под нос фрогг, но никто не обратил на это внимания.

— Ищете что-то конкретное? — спросил лысый.

— Нет. Просто гуляю.

Только тогда взгляд лысого скользнул по фигуре Нищего Святого. Украшения, которые старик носил на себе, свели бы с ума любого уважающего себя карманника. Но в глазах Гилпина не было и тени алчности.

Зрение у старика было ни к чёрту, зато слух работал отменно.

Конечно, это не эхолокация, но он мог уловить даже шёпот на приличном расстоянии. А обострённый слух в сочетании с шестым чувством делал его превосходным физиогномистом.

Он внимательно наблюдал за Энкридом и стоящим рядом Гилпином. Ни малейшей враждебности или корысти.

Хотя внешне этот лысый был типичным криминальным боссом или кем-то вроде того.

Многолетний опыт бродячей жизни подсказывал старику: этот человек к нему абсолютно равнодушен.

— Всё спокойно? — спросил Энкрид.

— А что может случиться, когда за порядок отвечает Бензенс?

Гилпин скромничал, но на деле он тоже вносил немалый вклад в спокойствие города. Информационная сеть, которую курировал Крайс, находилась под управлением Гилпина. Да и за порядком на улицах он присматривал.

От такой нагрузки Гилпин заметно похудел, щёки впали. Это был естественный результат работы под началом Крайса.

Но и платили за это щедро, так что Гилпин был вполне доволен своей судьбой.

Для Нищего Святого подобные отношения были чем-то непостижимым. Поэтому вся эта ситуация казалась ему крайне занятной.

«Удивительно. И впрямь удивительно».

Обойдя весь город, Энкрид наконец направился к солдатским казармам, где были разбиты временные шатры.

Нищий Святой шёл следом, молча наблюдая за ним. И вдруг он произнёс:

— Я тут присматриваю за сиротами войны. Что скажешь, если я построю в городе приют для них?

Просьба могла показаться дерзкой. Но для Энкрида, недавно давшего добро на переселение целого Города Эльфов, это была сущая мелочь.

— Стройте, конечно, — даже не раздумывая, ответил он.

— Это потребует немалых средств.

— А те побрякушки, что на вас надеты, вы не для этого продавать собирались?

— Ну зачем так сразу? Может, ты сам немного пожертвуешь на благое дело?

— Почему бы и нет. Знаете Крайса? Парня с большими глазами, который надувает щёки, если попросить у него хоть медяк. Идите к нему и скажите, что я разрешил.

— А если я окажусь торговцем, который продаёт сирот в рабство за пару золотых?

— Человек, собирающийся строить приют и обвешанный золотом с ног до головы, не станет марать руки мелкой работорговлей. Ему проще продать пару побрякушек. В отличие от некоторых фанатиков, которые калечат детей, пытаясь вылепить из них святых или мучеников.

Кто это сказал? Нищий Святой несколько раз удивлённо моргнул.

Парень явно умел шевелить мозгами. И в его словах крылся болезненный укол в адрес Храма.

— К сожалению, из-за таких ублюдков страдает много невинных, — вздохнул Святой.

— Ну так разберитесь с ними.

— Это вне моей компетенции.

— Тогда просто стройте свой приют.

Их диалог прыгал с темы на тему, но Нищий Святой испытывал от него странное удовольствие. В их коротких репликах был скрыт глубокий смысл, и они прекрасно понимали друг друга.

Что же это такое?

Нищий Святой пришёл посмотреть на место, которое его приёмный сын выбрал себе в качестве нового дома.

Он прекрасно знал, что путь, который выбрал Аудин, усеян шипами. Он знал, что его сын не из тех, кто легко поддаётся чужому влиянию, и знал о ранах, скрытых в его душе.

То, что Аудин смог преодолеть всё это и выстоять, наполняло сердце старика гордостью. Иначе и быть не могло.

Но его мучил один вопрос: почему Аудин не вернулся в Храм, а решил остаться здесь?

И ответ стоял прямо перед ним.

«Энкрид».

Находясь здесь, Святой наслушался о нём предостаточно.

Сейки рассказывала о человеке, который спас её из плена.

Другие восхищались воином, который не терял ни дня, посвящая каждую свободную минуту упорным тренировкам.

Третьи воспевали рыцаря, жаждущего положить конец всем войнам и разрубающего демонов одним ударом.

Зная лишь слухи о его подвигах, Нищий Святой представлял себе великого мужа, ведомого возвышенной целью. Но, увидев Энкрида лично, он понял: всё было иначе.

Этот человек не был похож ни на кого из тех, кого он встречал за свою долгую жизнь.

«В чём же разница?»

Образ мыслей, воля, сам подход к жизни — всё было другим.

— Чего ты хочешь на самом деле? — наконец задал он вопрос, в котором сконцентрировались все его сомнения.

Энкриду не требовалось время на раздумья. Ответ вырвался сам собой:

— На данном этапе — чтобы моя техника текла плавно, как вода.

— Что?

Нищий Святой опешил. Он явно ожидал услышать нечто иное.

— Я тут выстроил для себя одну теорию. И только недавно осознал свою сильную сторону. Но я хочу двигаться дальше. Я вижу, что мне ещё есть чему учиться. Раз у меня нет врождённого таланта, придётся постигать всё шаг за шагом. И сейчас мне нужно научиться фехтовать так, чтобы мои движения перетекали одно в другое, без малейших запинок… Хм, знаете, пока я это проговариваю, мне становится понятнее, что именно нужно делать. Да. После «Волнореза» должен идти «Поток». Не просто гибкий стиль, а именно Поток. Как ручей, который никогда не останавливается, в отличие от колодца, который никогда не пересыхает.

Святой не понял ни единого слова. В молодости он, конечно, немного упражнялся с мечом, но его навыки были весьма посредственными. Так что весь этот поток сознания пронёсся мимо него.

— А? — только и смог выдавить из себя Нищий Святой.

— Вы мне очень помогли. Аудин говорил, чтобы я вас не обижал и что вы можете быть полезны, если у меня возникнут сомнения. Он оказался абсолютно прав.

Энкрид говорил это с горящими глазами, словно в состоянии глубокого транса.

— Э-э…

— Не зря же вы учили Сейки контролировать её силу.

— М-м?

Не успел старик опомниться, как они дошли до казарм. Энкрид тут же выхватил меч и начал отрабатывать взмахи. Пытаться заговорить с ним сейчас было бессмысленно — он полностью погрузился в свой собственный мир.

Старик, известный в народе как Нищий Святой, человек, планирующий построить приют и обвешанный золотом с ног до головы, замер на месте, наблюдая за тренировкой Энкрида. Вскоре к нему подошёл Аудин.

— Хорошо прогулялись?

Нищий Святой выдержал долгую паузу, прежде чем ответить:

— …Что с ним такое?

— А что-то случилось? — удивился Аудин.

— Вдруг завёл какую-то непонятную речь про ручьи и потоки, а потом начал махать мечом как заведённый.

— А, ну это для него в порядке вещей.

— В порядке вещей?

— Да, всё как обычно.

Святой, повидавший на своём веку немало людей, изъездивший континент вдоль и поперёк, помогая страждущим, наконец-то осознал одну простую истину.

«Псих».

Только сейчас он в полной мере понял, почему этот Орден называется Орденом Безумцев.