Кровавая ведьма забыла своё имя.

Прошло много времени с тех пор как она его потеряла.

Но одно она помнила точно — в детстве она особенно боялась темноты.

В то время ей было, должно быть, лет десять-одиннадцать.

– Шевелись! Думаешь, вывихнутая лодыжка освободит тебя от работы? Иди сюда. Похоже, тебе нужно несколько ударов!

— Шлёп!

– Если ещё раз увижу, что ты сидишь и держишься за ногу, будешь висеть неделю!

Висеть означало быть связанным и подвешенным в одиночной камере.

Туго перетянутая верёвка толщиной со змею сначала лишь покалывает. Затем, когда верёвка впивается в кожу, боль становится острой. В конце концов, всё тело начинает гореть, пока сознание не отключается — снова и снова.

Более того, это наказание должно было быть перенесено в полном одиночестве. Пока не истечёт время, никто проверять не будет.

Пустота, в которой даже не было смысла жаловаться, потому что никто всё равно не слушал.

Шрамы с тех времён всё ещё оставались на спине.

Такова была её повседневная жизнь.

И всё потому, что родители продали её в бордель.

Иногда она задавалась вопросом, были ли у них на то свои причины.

На для раздумий об этом времени не было.

Стоило лишь отвлечься, то её сразу же ругали, избивали, вешали или запирали.

Каждый день был кошмарным.

Для девочки, которой едва исполнилось десять лет.

"Может, будет лучше продавать своё тело?"

Однажды ей в голову пришла эта мысль.

В борделе проститутка — это товар.

По крайней мере, её не будут бить.

Её не будут вешать.

Не будут пороть.

"Мне не придётся сидеть взаперти в темноте..."

Она была брошенным ребёнком.

И Кровавая ведьма больше всего на свете боялась темноты.

Темноты, которая однажды поглотит её.

— Лязг!

Погруженная в свои мысли, она опрокинула чашку с чаем.

Предназначенную для клиента.

С ладонью, изрезанной до крови, она рухнула на пол и начала молить о пощаде.

Горячий чай обжег рану, но она этого почти не замечала.

– Про... Простите...

Там была особенно крупная женщина.

Все называли её мадам.

Она всегда была безжалостна к молодой Кровавой ведьме.

Она всегда носила в кармане маленький хлыст и била её, как только замечала ошибку.

– Ты бесполезная сучка!

— Шлёп!

Она резко повернула голову в сторону.

На мгновение у неё потемнело в глазах, но потом всё вернулось.

– П-простите...

– Заткнись, грязная шлюха!

— Бам!

Началось избиение.

Она привыкла к боли.

Но моменты, когда у неё темнело в глазах от ударов, были самыми страшными.

Но и видеть безумные глаза мадам было не легче.

– Отлично. Я вырву тебе глаза. Такому ничтожеству, как ты, они не нужны.

Мадам знала, что девочка до смерти боялась темноты.

И ей доставляло удовольствие мучить её.

Мадам не блефовала.

Даже если бы её не лишили обоих глаз, но один глаз мог быть повреждён.

Осколок чашки в руке выглядел особенно остро.

– Н-нет…

Кровавая ведьма попятилась назад по полу.

Тогда она поняла.

Она не может сопротивляться.

Женщина, стоявшая перед ней, была слишком крупной, слишком злой.

Побег невозможен.

Это было безнадежно.

И затем...

— Вшух!

Внезапно мир окрасился в красный цвет.

В воздухе начали парить багровые цветы, пронзая всё, к чему прикасались.

Это не была магия.

Нет такой магии, что способна окрасить мир в красный цвет.

Но в глазах Кровавой ведьмы это багровое сияние было самым ослепительным из всего, что она когда-либо видела.

По крайней мере, это не темнота.

— Бум!

Мадам упала в обморок.

Женщина, которая всегда сыпала угрозами, теперь только беззвучно ахала, её губы двигались, но она не произносила ни слова.

С её губ стекало несколько струек крови.

Её некогда свирепые глаза закатились, не открывая ничего, кроме белизны.

– …Ах.

Кровавая ведьма инстинктивно поняла — она мертва.

Но на удивление, вид трупа её не испугал.

И впервые она осознала, что страх, который всегда угнетал её, на самом деле был пустышкой.

Раздались шаги.

Вошёл мужчина.

Он раздражённо пробормотал:

– Остался только ребёнок? Ты что, рабыня?

– ...Да.

– Слишком молодая. Даже нет жизненной энергии. Просто притворись, что ничего не видела. Я оставлю тебя в живых.

– …Хорошо.

Когда мужчина развернулся, чтобы уйти, девочка окликнула его.

– Дядя, что это было?

– Искусство крови.

– А я тоже могу этому научиться?

Мужчина посмотрел на неё сверху вниз, как будто вопрос был абсурдным.

Как ни странно, девочка его не боялась.

Нет, бояться было нечего.

Сила.

Только сила могла стать её спасением. Это стало ясно, когда она увидела распростёртое тело мадам..

Таким образом, Кровавая ведьма выросла в культе Кровавого камня.

Она стала сильнее Третьего.

Её называли Кровавой ведьмой, хотя ей никогда не нравился этот титул.

Она презирала слово "ведьма".

Единственная причина, по которой она предпочитала Кровавую девушку.

Но, в конце концов, это не имело значения.

Не имело значения, как её называли.

Имело значение только одно — стать сильнее.

Она руководствовалась этой целью.

…Вот почему.

– …

Кровавая ведьма уставилась на руку Йена.

Сияние.

Сияние, которое освещало даже тот непроглядный мир, в котором она давно потерялась.

Стихия, у него в руках была настолько чистой, что обладала способностью очищать всё, к чему он прикасался.

Необузданная сила в другой руке заставила ведьму задуматься о своей жизни.

И когда эти две силы соединяются...

Обычно, это не должно быть возможным.

Но эта невозможность происходила у неё на глазах.

Кровавая ведьма уставилась на чёрную сферу, парящую над её головой.

Может ли она называть её черной?

Она не была уверена.

Она просто казалась черной, потому что поглощала весь свет вокруг себя.

– …

И в этот момент она поняла...

Что она больше не боится темноты.

Она была черной, потому что вмещала всё внутри себя.

Это спасение.

– Ах...

Как и в тот раз, когда она впервые увидела сферу, на её глаза снова навернулись слезы.

Но чёрная сфера продолжала сжиматься.

— Хрясь!

Бесконечное сжатие.

Затем, когда сжатие перешло определённый порог...

– …

Треск прекратился.

Яростные порывы ветра стихли.

Яростное столкновение энергий превратилось в ничто.

Тишина.

Интуиция подсказывала.

"Сейчас будет взрыв."

Эту жуткая тишина предвещала взрыв.

Кровавая ведьма инстинктивно подняла барьер.

Затем остановилась..

Йен.

Этот парень стоял совершенно неподвижно, не предпринимая никаких попыток защититься.

На что он рассчитывал?

Это вера?

Нет, это приказ.

Если она не хочет потерять Йена, то должна его защитить.

Кровавая ведьма никогда раньше не подчинялась ничьим командам.

Но это не имело значения.

Йен был её спасением.

Она обняла его, ограждая защитным барьером.

А потом их отбросило.

Обычно взрывы сопровождались оглушительным грохотом.

Но на этот раз всё было по-другому.

Звука не было.

— Кр-р-ра-а-ак!

Вместо этого свернулось и рассыпалось само пространство.

– …!

Первый барьер рухнул, превратившись в ничто.

Второй разлетелся вдребезги.

К тому времени Кровавая ведьма почувствовала приближение смерти.

Третий.

И, наконец,...

Когда рухнул последний барьер...

– …

Кровавая ведьма медленно моргнула.

На удивления, она не боялась смерти.

Эта ошеломляющее состояние, заполнившее всё вокруг, определённо было сильнее смерти.

Высшая сила.

Та самая, к которой она всегда стремилась.

Способная отогнать даже смерть.

– Ах...

Она издала тихий, дрожащий звук, обнимая Йена.

Всё остальное не имело значения.

Она еле слышно прошептала:

– Даже если я сгорю дотла, пока я могу существовать в этом сиянии — этого достаточно.

А затем, с безмятежной улыбкой, прижалась к Йену.

Звук рушащегося пространства, самой реальности, наконец, прорвался сквозь границу...

— Ба-а-а-ах!

Запоздалый взрыв поглотил весь мир.

Словно через ловушку темноты прорвались все цвета.

Кровавая ведьма наблюдала, как разрушается барьер культа Кровавого камня.

---

— Бам!

Рапира и топор столкнулись.

На первый взгляд разница в силе должна была быть очевидна.

Однако женщина, державшая в руках рапиру, всего лишь отступила на несколько шагов.

Человек с топором ухмыльнулся:

– Меч-снежинка. Такой же грозный, как и говорят слухи.

Второй положил свой массивный топор на плечо и непринуждённо рассмеялся.

Позади него, вдалеке, начинало вырисовываться огромное чудовище.

Но кем бы ни было это гротескное создание, Асилия не сводила глаз с человека, стоявшего перед ней.

– Ты не пройдёшь.

Второй.

Второй по силе в культе Кровавого камня, уступающий только самому лидеру культа.

Человек, стоявший на границе между человеком и богом.

Возможно, если не считать лидера культа, он был самым сильным из них всех.

Асилия подняла свой меч.

– Я не пройду? Ха-ха-ха-ха! Ты и правда думаешь, что после этих слов я развернусь и уйду?

– Я была бы признательная, если бы ты это сделал.

– Кха! Как трусливо для меча-снежинки. Или это потому, что ты женщина?

– …

Асилия проигнорировала провокацию.

Силы академии уже были в явно невыгодном положении.

Она должна удержать этот западный фронт.

Возможно, почувствовав непоколебимую решимость в её взгляде, Второй усмехнулся.

– Скоро прибудет лидер культа.

– …

– Даже если ты и эти студентики за твоей спиной каким-то образом остановите меня, это ни хрена не изменит.

– …

– На самом деле, нам, вероятно, даже не нужен лидер культа. Видишь вон ту штуку?

Он указал на гигантское чудовище позади.

– Признаюсь, даже я не знаю, что это.

И в этот момент...

— И-и-и-и-и-и!

Воздух пронзил нечеловеческий вопль.

– ...Что за хрень?

Глаза Второго расширились от шока.

И затем....

— Ба-а-а-ах!

В глубине Сумрачного Леса прогремел мощный взрыв.

Асилия мгновенно почувствовала.

Что-то сильно изменилось.

Это было так, как будто… ход битвы только что изменился.

И в этой мрачной ситуации, возможно, это была единственная надежда.