На следующее утро.

Йен проснулся в лодке и не мог вспомнить, когда заснул.

Рядом с ним лежала Сильвия, укрытая тонкой тканью и одеялом, и её изящные изгибы привлекали рассеянное внимание.

Она выглядела элегантной и красивой, её нежные трепещущие ресницы придавали очарования даже во время глубокого сна.

Её молочно-белая кожа была такой нежной и гладкой, что трудно было поверить, что прошлой ночью она была в его объятиях.

– …

Она действительно крепко спала.

— Шурх, шурх.

Когда Сильвия бодрствует, она грациозна и немного похожа на дерзкую кошку.

Но во сне она выглядит неотразимо милой. Может быть, поэтому её обычно острый взгляд сейчас казался более мягким?

– Я видел две твои разные стороны.

Во сне она выглядит очаровательно.

Но в момент их слияния она выплёвывала грязные словечки с надменным выражением лица.

Было удивительно видеть эти новые стороны её натуры.

— Слюрп!

Подкатила новая волна возбуждения.

– Когда же это закончится?

Он снова завернулся в одеяло, чтобы прикрыть нижнюю часть тела, хотя это и не помогло.

Главное ведь факт того, что он пытался.

...Наверное.

– Хм-м.

Йен заметил, что волосы Сильвии касаются пола.

Пока он осторожно укладывал их, она медленно открыла глаза.

Девушка дважды изящно моргнула и спросила:

– ...Йен, ты хорошо спал?

– Да. А ты?

– Тоже. Я даже не помню, когда заснула. Обычно я плохо сплю по ночам.

Сильвия с любопытством склонила голову набок, искренне удивляясь.

Йен вспомнил вчерашний вечер… или, скорее, ранние утренние часы.

Во время одного из их многочисленных моментов близости тело Сильвии напряглось, и она начала дрожать.

– Ха-а… Угх!

То, что сорвалось с её губ, было не стоном, а, скорее, глубоким, тяжёлым вздохом.

Казалось, этот звук исходил из самой глубины её души.

— Дрог!

Ноги Сильвии задрожали, и вскоре все её тело охватила дрожь.

Затем она упала, её взгляд затуманился.

– Сильвия, ты в порядке?!

В тот момент он был очень взволнован, как раз до того момента, пока она не начала тихо дышать во сне.

"Если подумать, Даня тоже была такой."

Он проверил состояние Сильвии — её дыхание, пульс и реакция зрачков были в норме.

Она казалась умиротворённой, поэтому он уложил её поудобнее и наблюдал за ней, пока не заснул сам.

– Ах, я чувствую себя отдохнувшей! Хотела бы я просыпаться так каждый день.

Сильвия потянулась, раскинув руки, и с её губ сорвался лёгкий зевок.

Его взгляд задержался на гладкой, светлой коже её подмышек, и он быстро отвел глаза.

Когда же, наконец, это закончится?

Парень тихо вздохнул, накрываясь ещё одним одеялом, когда Сильвия наклонила голову и спросила:

– Йен.

– Да?

– Как тебе вчерашний день?

Неожиданный вопрос.

Конечно, иногда он задавался вопросом, была ли Сильвия тоже довольна, но…

В её тоне чувствовалась необычная холодность.

– Это было... чудесно.

– Хм.

Сильвия скрестила руки на груди, глядя на него сверху вниз.

Йен почувствовал странную боль в груди.

Её следующий вопрос раскрыл причину этого беспокойства.

– Я ощущаюсь лучше, чем Даня?

По спине пробежал холодок.

Прямые вопросы Сильвии всегда такие пронзительные.

Он не скрывал этого, но когда она успела догадаться, что у него с Даней были близкие отношения?

И как на это ответить?

– …

После недолгого колебания он покачал головой.

В конце концов, любой ответ, основанный на колебании, будет звучать лишь как оправдание.

А это было бы неуважительно по отношению к Сильвии.

Всё, что он мог сделать, это честно рассказать о своих чувствах.

– Я никогда не стану сравнивать тот опыт, который у меня был с тобой, ни с кем другим.

– Хм?

– Потому что это воспоминание только для нас с тобой.

– …

Йен честно рассказал о своих чувствах.

– Я был счастлив, потому что мог быть с тобой.

Решение полностью зависит от Сильвии. Что бы она ни думала, он будет уважать её мнение.

– Хм...

Сильвия надула губки, выглядя очаровательно раздражённой со своим обычно невозмутимым выражением лица.

Наверное, он увидел ещё одно редкое выражение.

Погруженный в эти глупые мысли, Йен заметил, что Сильвия пристально смотрит на него.

– Тебе это нравится?

– Это?

Сильвия не ответила. Вместо этого она подошла ближе.

Изящными руками она взялась за подол своего платья.

Когда её платье приподнялось, стало видно шёлковое нижнее белье.

Девушка холодно открыла рот:

– Я обычно такая высокомерная, но с тобой веду себя так непристойно...

Она уже видела его насквозь. Проницательна, каки всегда.

Когда она приподняла платье, в её почти презрительном взгляде промелькнуло озорство,

Это соблазнительное зрелище только разожгло огонь.

– А...?

Заметив реакцию Йена, Сильвия игриво прищурила глаза.

Нос защекотал мягкий, утонченный аромат.

Сильвия наклонилась к его уху, её теплое дыхание коснулось его.

Она прошептала:.

– Пожалуйста, накажи Сильвию, ей всё утро жарко.

---

В последнее время стало казаться, что Йен всё реже и реже заходит в свою личную комнату.

В конце концов, это место должно быть его личным пространством.

– Он действительно настолько занят?

Небрежно отбросив свои вещи в сторону, Йен потянулся.

Из-за вчерашних энергичных упражнений у него болели бедра и поясница.

Если он будет продолжать в том же духе, то, возможно, не понадобятся никакие дополнительные физические тренировки.

– ...А такое возможно?

Он попытался отшутиться, но тупая боль внизу живота заглушила его улыбку.

Он действительно перестарался.

Не только сегодня, но и вчера; Даня и Лина определённо вымотали его.

И, как следствие, он попал в беду.

– Странно.

Что-то определённо было не так.

Нужно хорошенько подумать

У него есть желание, но он точно ни на кого не нападал.

Если уж на то пошло, то это на него нападали.

Подобное было ожидаемо от кого-то вроде Дани или Лины, но он никогда не думал, что Сильвия будет такой же.

– Не то чтобы я жаловался.

Но это к делу не относилось.

Настоящий вопрос в том, почему это происходит.

– …

Даня и Лина действуют скорее инстинктивно — это одно. Но чтобы так поступала рациональная Сильвия? Это на неё не похоже.

Ещё нет полной уверенности.

Но что-то определённо было не так.

Его первоначальное чувство неловкости начало перерастать в сомнение.

– Если моя гипотеза верна...

Это не только его проблема, это проблема всех.

– Проблема в том, что нет никакого способа доказать это.

Всё, что у него есть — это подозрения и сомнения.

И если он поделится с кем-нибудь этой теорией и выяснится, что он ошибается, на него определённо будут смотреть как на чудака.

В конце концов, это своего рода теория заговора.

– К кому я могу обратиться за помощью?

В этом и заключалась дилемма — если это можно так назвать.

– ...Хотя, есть кое-кто.

Его осенило озарение.

---

"Клуб оккультных исследований" располагался в том же здании, что и "Клуб исследования десертов".

Как только Люпина, единственный член и глава Клуба оккультных исследований, увидела Йена, она задрожала и начала пятиться.

– Ах... И-и-ик...!

...Что это?

Она что, произносит заклинание?

Йен в замешательстве наклонил голову, и Люпина, пискнув, поспешила забиться в угол.

– Н-не бей меня!

...Что именно она о нём думает?

Вместо того чтобы отругать её, Йен поднял руки.

Это был язык тела, призванный заверить её, что у него не было намерения причинить ей вред.

Таких людей, как она, никогда не убедишь одними словами.

Наконец, немного успокоившаяся Люпина осторожно спросила:

– Ты здесь из-за прошлого раза?

– Прошлого раза?

Йен склонил голову набок, гадая, что она имела в виду.

Был ли у них вообще “прошлый раз”, о котором стоило бы упомянуть?

– Когда клуб де-десертов попытался снять комнату… Я, кхм, вмешалась...

Ах, да.

Теперь он вспомнил. Люпина пыталась монополизировать здание и даже использовала гипноз, чтобы попытаться прогнать их.

Честно говоря, он не слишком возражал.

Благодаря ей, по сути, всё это здание в их полном распоряжении.

Однако на ум пришла одна вещь.

– Разве ты тогда не обещала что-нибудь сделать в качестве компенсации за проигрыш?

– И-и-ик!!!

Люпина снова прижалась к стене.

На что, чёрт возьми, она согласилась, раз так боится?

– Я... Я не мылась два дня, так что, наверное, от меня... пахнет. Я-я помогу тебе в следующий раз, обещаю.

– ...???

За ходом разговора невозможно уследить.

Её глаза наполнились слезами, и Йен решил перейти сразу к делу.

– Что бы это ни было, сегодня я здесь не для того, чтобы требовать какой-либо компенсации.

– П-правда?

– Да.

– Тогда... это из-за арендной платы? Плата за дружбу?

Плата за дружбу? Серьёзно?

– Ничего подобного. Я пришёл попросить совета.

– Совета? От... от кого-то вроде меня?

Несмотря на её слова, по лицу Люпины расплылась широкая улыбка.

Похоже, он был первым человеком, который обратился к ней за советом.

"Она действительно не скрывает своих эмоций."

Наверное, проводя всё своё время в одиночестве, исследуя тёмную магию, в таком месте, как это, она, должно быть, чувствует себя одиноко.

Хотя она могла казаться мрачной, её натура не казалась такой уж плохой.

Закончив мысленно оценивать её, Йен, наконец, перешёл к теме разговора.

– Возможно, это просто теория заговора...

– Теория заговора?

Дыхание Люпины участилось.

...Он действительно пришёл в нужное место.

Её щёки вспыхнули от возбуждения, глаза заблестели.

Йен изложил ей свою гипотезу.

– Кажется, у всех студентов академии... течка.