Глава 127. 

– Если она владеет божественной силой, то может страдать от божественной лихорадки. 

Существовали болезни, которыми страдали только способные. 

Столкновение маны, безумие и божественная лихорадка. 

Столкновение маны происходила у способных, божественная сила и магическая сила которых была равны. 

Безумие и божественная лихорадка возникали у способных, уровень магической или божественной силы, соответственно, был куда выше. 

Среди них «Божественная лихорадка» – это болезнь, подобная обряду посвящения, которые хотя бы раз в жизнь проходили все верующие Храма. 

– Поскольку то болезнь, основанная на божественной силе, возможно, можно было бы использовать способности Его Величества… чтобы вызвать у ребёнка божественную лихорадку. 

– …да, это вполне возможно, – медленно ответил Николас. 

Когда появлялась божественная лихорадка, способный человек впадал в глубокий сон, начиная страдать. 

Обычно человек естественным образом просыпался примерно через неделю после начала божественной лихорадки, но были и те, кто в конечном итоге умирали от неё. 

Не было способа насильно пробудить способного, поражённого божественной лихорадкой. 

За исключением всемогущей Примера. 

– Разве вы не помните, Ваше Величество? Вы лично пробуждали юных верующих храма Павиль. 

Было плохо, если сильный способный умирал, не сумев преодолеть божественную лихорадку. 

Особенно жаль было, если это был верующий нового Храма, который был на стороне Императора. 

Именно поэтому Николас лично пробуждал верующих храма Павиль, страдающих от божественной лихорадки. 

Поскольку это была болезнь, основанная на божественной силы, пробуждение было крайне простой задачей, почти не требующей от него жизненной силы. 

– Кто узнает, что девочка впала в божественную лихорадку именно из-за силы Вашего Величества? 

– Верно. Да… 

Для способных, имеющих ядро священной силы, единственная уверенность заключалась в том, что священная сила превосходила магическую. 

Никто не мог знать, обладает ли способный достаточно высоким уровнем божественной силы, чтобы заболеть божественной лихорадкой. 

– Ведь своей силой лишь великая Примера может пробудить того, кто впал в божественную лихорадку? – увидев довольное выражение лица Императора, первосвященник Тимоти добавил. – Сэр Энох не сможет сидеть без дела и сам придёт умолять о помощи. «Пожалуйста, разбудите мою дочь». 

В этот момент. 

Тук-тук, – раздался стук в дверь. 

– Ваше Величество, сэр Энох здесь, – голос помощника Императора, Рамона, объявил о долгожданном появлении Эноха. 

– Хорошо. Впусти его, – уголки губ Николаса изогнулись в отвратительной улыбке. 

***** 

Лирис плотно позавтракала и вместе с Аксионом и Чэзио поднялась за гору за особняком. 

Аксион, который сегодня должен был присматривать за детьми, хорошо играл с девочкой, несмотря на то, что постоянно скрежетал зубами. 

– У-ха-ха! Получи это, дядя~! 

Бах––! 

– А! 

Снежок, с силой брошенный рукой Лирис, ударил по бедру Аксиона! 

Какая невероятная боевая сила. 

Может я очень сильная? 

– Ты, умрёшь. 

– А? Дя, дядя! Подожди! Стой! 

Аксион принялся лепить огромный снежок. 

Он был совершенно иного уровня в сравнении со снежком, который бросила Лирис. 

– Это уже слишком! 

– Не слишком! 

– А-а! – Лирис развернулась и присела. 

Снежок с глухим бам! ударился о её спину. 

– А-а, больно! 

– Не будь такой плаксой. Он был не слишком плотных. 

– У-хи-хи. 

На самом деле, Лирис почувствовала это в момент удара. Снежок был не плотно слеплен и рассыпался в момент столкновения. 

– Весело! – шмыгая носом, Лирис снова принялась катать снежок. 

Внезапно она увидела Чэзио, который молча сидел вдалеке и просто наблюдал за Лирис и Аксионом. 

Хм. 

Чэзио, кажется, сошёл с ума, как и папочка и выглядит очень обиженным на меня. 

Мне следует извиниться, да? 

Чэзио не собирался выполнять просьбу Лирис. 

Он очень твёрдо заявил, что никогда не выберет пожертвовать ею ради выживания большинства. 

Недоумение девочки длилось всего мгновение. 

Лирис стало жаль Чэзио. 

Я и правда зашла слишком далеко. 

Я сама десятки раз умоляла Чэзио, который ничего не знал, пощадить мою жизнь, поскольку ужасно боюсь смерти. 

После того, как я повергла Чэзио в такое глубокое замешательство. 

Я сказала: «А теперь, если нет другого выбора, просто убей меня~». Угу, я бы тоже разозлилась. 

Кроме того, я уже стала для Чэзио очень дорогим другом. 

Конечно, он не может без колебаний убить меня. 

– Чэзио! Ты не собираешься играть в снежки? 

– Угу, не собираюсь. 

Лирис позвала его, но мальчик вновь остался непреклонен. 

Надув губы, Лирис снова принялась лепить снежок. 

– Тебе холодно? – Аксион подошёл к девочке, когда она шмыгала носом. 

– Нет? Я в порядке. 

– И где тут в порядке? Всё время хлюпаешь носом. 

Я правда в порядке. 

На Лирис было толстое пальто с красной накидкой, меховая шапка, меховые сапожки и перчатки. 

– Иди сюда, – Аксион, повернувшись лицом к девочке, потянул её за завязки, чтобы затянуть накидку. – И уши красные. 

После этого мужчина плотно завязал меховую шапку на ушах Лирис и вытащил из кармана жёлтые, как цыплёнок, перчатки. 

Что? Когда он их взял? 

– Перчатки мокрые, переодень. 

– Да! 

Стянув мокрые перчатки Лирис, Аксион взял её покрасневшие ладошки в свои и, согревая их, стал дышать на маленькие пальчики. 

После этого мужчина натянул на ладони Лирис новые перчатки, забрав мокрые. 

– Ха-ха-ха… 

– Что? Почему смеёшься? – увидев улыбку девочки, Аксион слегка приподнял брови. 

– Дядя хорошо заботиться о ребёнке… 

– Что? – Аксион вспыхнул от смущения. 

Может это потому, что мне недавно приснился странный осознанный сон? – Лирис вновь почувствовала благодарность за то, что Аксион был на стороне её папы. 

⸢Момент перед концом. 

Месть Эноха, которая преобладала над остальными целями, наконец-то была завершена. 

Аксион осторожно обратился к Эноху, который уже долго молчал, сжимая в руках потрёпанную куклу своей дочери: 

– Я сожалею об этом. 

– …о чём. 

– Что в тот день, из-за тебя. 

– …… 

– Я забрал твою дочь.⸥ 

В последней главе оригинала Аксион сказал это. 

Ему не о чём было извиняться или сожалеть. 

И всё же, Аксион в полной мере ощущал боль и вину. 

Хью, как и думала, я правильно поступила, послушно последовав за ним с папой в столицу. По крайней мере, так на его сердце не будет тяжело? 

Если бы меня втянули и похитили, то смерть была бы для меня единственным исходом. 

Поскольку папочка был дезертиром, у Императора было бы достаточно оснований забрать и не отпускать меня. 

Однако сейчас? 

Я дочь папы, самого сильного способного в империи, с которым даже Император не осмелится сражаться, и не просто дочь, а Октава! 

Пока моя личность не будет раскрыта, Император не сможет открыто мучить меня, – поэтому Лирис нисколько не жалела о своём решении вернуться в столицу. 

– Дядя! 

– Что. 

– Знаешь, мой папочка часто мучает дядю, но… всё же, пожалуйста, будь его другом на всю жизнь. 

– Зачем мне это? – Аксион даже отшатнулся от отвращения. – Я просто считаю дни до того момента, когда перестану видеть лицо твоего отца? И что? Друзья на всю жизнь? Не говори о таких страшных вещах, мге будут сниться кошмары. 

– А-а-а~ нет! 

– Что ещё за нет! Не хочу! 

Лирис схватила Аксиона за ногу, когда мужчина поднялся, и прижалась к нему. А тот, даже говоря «не хочу», выглядел так, словно пытался сдерживать смех. 

– Дядя, дядя! Теперь снеговик! Пожалуйста, слепи снеговика! 

– Ха-а, что… ты как твой папа. Никогда не устаёшь, – проворчал Аксион, но, словно уже решив лепить снеговика, принялся лепить снежок. 

Лирис слепила рядом с его снеговиком двух маленьких снеговичков. 

– Хе-хе, Чэзио-о-о! Посмотри на это? – девочка побежала к Чэзио. – Я слепила их! Это ты и я! 

– …… – Чэзио безучастно посмотрел на снеговичков. 

Лирис тихо поставила их перед мальчиком и села рядом с ним: 

– Чэзио, прости. 

– …… 

– Я была слишком эгоистична. Даже я не смогла бы убить тебя, если бы меня кто-то попросил. Прости, что попросила тебя о том, что не могу сделать сама. 

– …… 

– Можно отменить просьбу? 

Чэзио посмотрел на Лирис. И заговорил: 

– Ничего не говори. Я знаю, о чём ты собираешься попросить. 

– Ой. Знаешь, даже если я ничего не сказала? 

– Да. Ты собираешься сказать, чтобы я не потерпел неудачу. 

Как и думала, он умён. 

– Если добьюсь успеха, никто не пострадает. И ты будешь в безопасности, и люди тоже. 

– Угу, так и есть, – кивнула Лирис, смотря на Чэзио. – Но что ты знаешь? Может ты вчера разговаривал с папой? 

– Мы много говорили. Теперь я знаю всё. Я знаю, что сейчас делает мистер и что нужно сделать мне. 

– Мм, вот как. 

Папа готовит Чэзио к будущему. 

Однако, естественно, не собирается рассказывать Чэзио, которому всего 11 лет, всё сразу. 

Ох, проклятое письмо. 

Из-за меня всё подвинулось вперёд. 

Что же творится в голове у папы, который спросил у 11-летнего мальчика, сможет ли он отрубить голову Императору ради мира во всём мире? 

И о чём думал Чэзио, услышав этот вопрос? 

– Ты, ты сказал, что сделаешь это? 

– Я должен, – без колебаний ответил Чэзио и продолжил. – Я всегда задавался вопросом. Почему я, полукровка, рождённый от неспособной, Дос. Почему я родился с силой, позволяющий использовать свои способности без разрешения Примеры. 

– …… 

– Только теперь я знаю причину. 

Лирис кивнула. 

Возможно, это миссия, ниспосланная Богом. 

Чэзио – главный герой, который спасёт мир. 

Потому что он – единственный, кто обладает способностью и силой для уничтожения злодея. 

– Потому что я должен спасти тебя. 

Тудум, – только Лирис была совершенно ошеломлена услышанным. 

– Аа? 

– Только я могу сделать это. Поэтому я должен сделать это, – Чэзио, отвернувшись от Лирис, посмотрел на двух снеговичков. – Я… выживу вместе с тобой. 

***** 

– Я… выживу вместе с тобой. 

В голосе Чэзио была твёрдая решимость. 

Услышав её, Лирис потеряла дар речи и вскоре застенчиво прошептала: 

– Угу. Спасибо. 

Дети долго сидели молча. 

Словно одного тепла присутствия другого было достаточно. 

Чэзио почувствовал, как Лирис тихо прислонилась к его плечу, пока он продолжал смотреть на двух неуклюже сломанных снеговиков. 

Мы справимся и выживем. 

Император. 

Это отвратительное существо. 

Насколько сильно он сможет угрожать нам? 

Я не знаю, но… 

Тук, – внезапно снеговик от толчка покатился вперёд. 

– А, – Чэзио протянул руку, чтобы поднять его, но повернул голову на Лирис, которая всё ещё опиралась о его плечо. – Лирис? 

– …… 

– Спишь? 

Заснула? 

Лирис, казалось, мгновенно уснула. 

– Проснись. Холодно, пойдём спать внутрь, – Чэзио потряс девочку. 

Он думал, что она сразу же проснётся от неожиданности. 

– …Лирис? 

Только от лёгкой встряски, Лирис мягко упала на снег. 

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –